В Госдуме поддержали идею самозапрета покупок на Wildberries и Ozon

В России может появиться новая мера защиты граждан от мошенничества и неконтролируемых расходов — самозапрет на покупки на маркетплейсах. Идею, предложенную партией «Новые люди», поддержал глава комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков.

«Я думаю, что тоже можно было бы это реализовать, чтобы мошенники не использовали ваши деньги на приобретение товаров на маркетплейсах, поэтому идея заслуживает внимания и вполне над этим можно было бы подумать», — цитирует депутата РИА Новости.

Как механизм самозапрета сработал на кредитах

Известно, что около 15 млн россиян установили через Госуслуги самозапрет на оформление кредитов и займов, который ввели с 1 марта прошлого года.

При этом банки и микрофинансовые организации фиксировали случаи, когда граждане обращаются к ним за кредитом после установки самозапрета на «Госуслугах». Такие случаи, к примеру, есть в Севастополе.

Специалисты не исключают, что взять заём пытаются люди, склонные к мошенничеству, — ведь возвращать кредит не нужно, если его оформили после установки самозапрета. Однако возможно и отсутствие выдержки у вполне законопослушных граждан, которые начали вновь оформлять кредиты.

«Как и предполагалось, поставив самозапрет, часть людей начали срываться и пытаться оформить кредиты. C учётом количества людей, которые его поставили — более четырёх миллионов человек, — это укладывается в логическую статистику, что те, кто ранее были привязаны к кредитам, будут и дальше их брать», — пояснил ранее ForPost юрист Никита Тарновский.

Такая же позиция — у социолога, заведующей международной лабораторией исследований социальной интеграции ВШЭ Елены Ярской-Смирновой. Она уверена, что для ограничений нужны воля и внутренняя мотивация самого человека.

«Если человек не хочет себя ограничивать, то ему никакие кнопки не помогут: он просто не будет их нажимать», — приводит её слова ТАСС.

Однако если хотя бы частичная осознанность у людей есть, внешняя поддержка поможет «ограничить какой-то аффективный процесс, который их затягивает», добавила социолог.

Для чего самозапрет нужен на маркетплейсах

Теперь депутаты рассматривают возможность применения самозапрета и к онлайн-покупкам.

Идею запрещать себе делать покупки на Wildberries и Ozon озвучил год назад глава партии «Новые люди», вице-спикер Госдумы Владислав Даванков.

«На встречах слышу всё больше историй, как у людей развивается настоящая зависимость от быстрых онлайн-покупок. Рекорд, о котором известно мне, — 45 заказов за день. А самое обычное последствие — ссора, после того как муж увидел итоговую сумму покупок жены», — написал Даванков в своём Telegram.

Политик считает, что если человек попал в зависимость и не может сам из неё выбраться, ему нужно помочь. Он предлагает ввести месячный лимит, превысить который не получится ни при каких обстоятельствах.

По мнению автора инициативы, это поможет гражданам победить зависимость от маркетплейсов, сохранить деньги и отношения.

В ответе на обращение вице-спикера Госдумы в Минэкономразвития заявили о готовности совместно с маркетплейсами «протестировать соответствующий функционал, произвести оценку его эффективности и достаточности в решении обозначенных в письме проблем».

В рамках эксперимента покупатели смогут добровольно подключить функцию самозапрета или лимита на покупки.

Позже директор департамента цифрового развития и экономики данных Минэкономразвития России Владимир Волошин уточнил, что пока какого-либо эксперимента и госрегулирования по самозапрету покупок на маркетплейсах не проводится и не планируется.

Идея самозапрета на маркетплейсах логично продолжает уже работающий механизм защиты от необдуманных кредитов. И если в случае с займами главная угроза — мошенники, то в онлайн-торговле на первый план выходят проблемы шопоголизма и неконтролируемых трат. Возможность поставить добровольный барьер может стать спасением для тех, кто не в силах совладать с соблазном ежедневных скидок и акций.

Однако, прежде чем внедрять такой инструмент, важно учесть опыт самозапрета на кредиты: там уже фиксируются попытки обхода ограничений. В любом случае сама постановка вопроса — сигнал: цифровая зависимость от покупок признаётся проблемой, и государство готово искать способы её решения, даже если они ограничивают свободу трат.