Уроки русского для Севастополя

Они (европейцы) несвободны, а мы свободны. Только я один в Европе с моей русской тоской был свободен. Я во Франции — француз, с немцами — немец, с древними греками — грек и, тем самым, наиболее русский.

Такими словами описывал Западную Европу великий Достоевский, который не без оснований считал, что русскому Европа так же драгоценна, как Россия.

Оперный вечер для севастопольской публики 23 мая, посвящённый французской опере середины XIX века, только подтвердил неувядающую актуальность русской культуры для Франции, а французской — для России. Когда в едином контексте переплетаются Иван Тургенев и Полина Виардо, Фёдор Шаляпин и Жюль Массне, сложно ответить, чего тут больше: русского или французского. Но всё же я предпочитаю считать как Фёдор Михайлович.

Слева направо: солисты Камерной сцены им. Б.А. Покровского Большого театра баритон Азамат Цалити, меццо-сопрано Мария Патрушева, сопрано Александра Майская, солист оперной труппы Большого театра тенор Иван Максимейко

В театре им. Луначарского, сцена которого в русском Севастополе создавалась более 100 лет назад тенором Леонидом Собиновым в том числе и как оперная площадка, прозвучал первый звонок. А режиссёр шестого концерта-лекции московский крымчанин Эдем Ибраимов за кулисами на сцене увлечённо рассказывал ForPost о его драматургических задачах перед артистами.

В очередной раз Севастопольская опера привезла на суд горожан лучших оперных исполнителей России. Это: сопрано Александра Майская и меццо-сопрано Мария Патрушева (обе — солистки Камерной сцены им. Б.А. Покровского Большого театра), тенор Иван Максимейко — солист оперной труппы Большого театра, баритон Азамат Цалити — солист Камерной сцены им. Б.А. Покровского Большого театра.

Был и уже знакомый севастопольцам по «венскому концерту» струнный квартет артистов Камерной сцены Большого театра — Олег Полежаев (скрипка), Вячеслав Грибенников (альт), Анна Кулебакина (скрипка) и Ирина Жолудева (виолончель). Правда, 27 января вместо Грибенникова звучал альт Георгия Янковского, что сделало вечер не менее приятным.

Зато, как и на прошлом представлении немецкой оперы, вела концерт Оксана Исаева, а аккомпанировал концертмейстер Сергей Ионин.

Струнный квартет артистов Камерной сцены Большого театра

«Когда мы репетировали в Севастополе, одному артисту было тяжело, он хотел найти звук, — рассказывает автору этих строк Эдем Ибраимов. — Артисты — рабы своего голоса, они думают о том, чтобы голос прозвучал хорошо. Но задача у нас одна на репетиции, мы должны сделать сразу всё. Рассказать историю зрителям и спеть её — подать голосом. А если человек начинает только петь, забывая о внутреннем смысле каждой мизансцены, то можно закрывать занавес».

Перед началом концерта баритон Азамат Цалити признался ForPost, что репетиция была непростой, что они с режиссёром даже немножко покричали друг на друга, но всё это — рабочие моменты. Уже через пять минут они по-дружески пили кофе в гостиничном буфете.

Азамат Цалити и вправду артист темпераментный, с большим талантом и перспективой. Он предан французской музыке: предпочитает её произведениям немецких, итальянских и русских мастеров. Романс «Элегия» Жюля Массне в его исполнении сильно впечатлил: в нём была та искренность, которой, возможно, в других сюжетах не хватило Ибраимову. Цалити смел в пении, как и, похоже, в жизни. Выкроив час между репетицией и концертом, прогулявшись по Севастополю, он решил, что хотел бы переехать сюда жить и служить в оперной труппе Севастопольского театра оперы и балета, который к концу 2023 года должны возвести на мысе Хрустальном.

Слева направо: солисты Камерной сцены им. Б.А. Покровского Большого театра баритон Азамат Цалити, меццо-сопрано Мария Патрушева, сопрано Александра Майская, солист оперной труппы Большого театра тенор Иван Максимейко

Это весьма прямолинейно, учитывая отсутствие пока таких предложений для сольных артистов. Кто-то скажет, что он поторопился, не обдумал — как и свой сценический деловой костюм XXI века и туфли с красноватой подошвой, которые несколько выбивались на фоне ренуаровских дам — Александры Майской и Марии Патрушевой — с веерами из павлиньих перьев в сцене дуэта Надира и Зурги из оперы Жоржа Бизе «Искатели жемчуга».

А каков был тенор Иван Максимейко! Ловелас и подхалим, но подкупающе обаятельный, без скрытой подлости, добрейший ценитель женской стати и красоты мужской — своей собственной. Романс Надира из оперы «Искатели жемчуга» Бизе в интерпретации Максимейко — моё главное впечатление вечера. Это достойнейшее зрелище, невероятно искреннее высказывание горячего сердца. Вот где артист соединил драматургию, произведение французского гения, музыку и внутренний монолог.

Солист оперной труппы Большого театра тенор Иван Максимейко

Действительно, внутренний монолог, вопросы «что я делаю?», «зачем я здесь?», «что я хочу сказать?» должны сопровождать каждого оперного артиста.

«Мысль рождает движение. Даже когда артист поёт, должен быть внутренний монолог. Он поёт на французском, а монолог должен быть на русском. Наши артисты — русские люди, они должны говорить, думать, мыслить на русском. Пускай французская фонетика заучена, но мысль должна быть русской, наши чувства должны звучать по-русски. Тогда мы сможем передать всю эту палитру эмоций французской оперы», — объяснил Эдем Ибраимов.

Он будто подтвердил мысль, что французская музыка, на самом деле, очень русская.

И все сложности с перелётами и проездом артистов из столицы в Севастополь, когда авиасообщение на юге страны ограничено, не отменяют творческих и профессиональных задач, который наметила автор курса лекций-концертов Мария Уварова со своими коллегами.

Режиссёр концерта Эдем Ибраимов

«В середине XIX века Франция была мировой музыкальной столицей. В Париже оперные постановки пользовались огромной популярностью. Тогда проявили себя величайшие композиторы эпохи. И в рамках севастопольских концертов мы были просто обязаны рассказать о том фантастическом творческом времени», — сказала Мария Уварова.

Джакомо Мейербер, Шарль Франсуа Гуно, Камиль Сен-Санс, Шарль Луи Амбруаз Тома, Жак Оффенбах, Лео Делиб. Будем надеяться, с кем-то из них севастопольцы подружились.

Завершал оперный концерт необычный по исполнению номер — канкан из оперетты «Орфей в аду» Оффенбаха в исполнении струнного квартета.

Эдем Ибраимов рассказал, что музыкальный руководитель концерта — дирижёр Большого театра Антон Гришанин поставил задачу, чтобы певцы этот канкан станцевали. Во как! Они должны, это же Оффенбах и финал концерта — нужен праздник!

Артисты концерта исполняют канкан

Тогда Эдем Ибраимов придумал элегантное решение, артисты станцевали канкан руками. Режиссёр вспомним, что в его бывшем театре есть деревянные колодки от одного немецкого спектакля. Средние — надели на ладони, затем — маленькие — на пальцы; и под знакомые многим в России мотивы, очень по-русски, под овации публики завершили этот волшебный вечер.

Сергей Абрамов

Фото Анны Корниловой