Россия готовит удар ниже полюса

На прошлой неделе Совбез под руководством Дмитрия Медведева утвердил Основы госполитики России в Арктике до 2020 года, главной задачей которой будет “закрепление внешней границы российского континентального шельфа”. Действительно, делить шкуру неубитого медведя — занятие не из достойных. Правда, каким образом мы будем “отвоевывать” территорию, народу никто не объяснил.

Как будет проходить “раздача” арктического пирога с начинкой из полезных ископаемых и стоит ли игра свеч? На эти и другие вопросы “МК” ответил специальный представитель Президента РФ по вопросам Международного полярного года Артур Чилингаров.

— Артур Николаевич, какими территориями в Арктике на данный момент располагает Россия?

— Согласно Kонвенции ООН по морскому праву, которую мы ратифицировали в 1997 году, экономические владения нашей страны ограничиваются 200-мильной зоной от береговой линии. Дальше начинаются воды Мирового океана, вроде как бы ничьи. Любопытно, что мы одни из первых среди полярных держав пошли на такой шаг. Позднее к нам присоединились Дания и Канада. А США, хоть и претендуют на арктический шельф, так и не ратифицировали договор, сославшись на ограничение суверенитета страны. Им, судя по всему, милее старое деление — сегментное.

— Что значит сегментное деление?

— Чтобы было нагляднее, нужно включить фантазию и представить Северный Ледовитый океан в виде пирога с Северным полюсом в центре. От крайних точек страны до “макушки мира” проводят две прямые линии — это и есть “кусок” того или иного государства. Понятно, что до 1997 года наша территория была самой большой — от Чукотки до Мурманска. А, к примеру, США располагали всего 10% от общей площади поделенных между странами пространств. Правда, после принятия конвенции площадь территории, принадлежащей России, сократилась в разы. Но есть возможность перераспределить арктическое пространство с учетом интересов России.

— Что же для этого нужно сделать?

— Дело в том, что, руководствуясь все той же конвенцией, любое государство может претендовать на расширение своих прав за пределы 200-мильной зоны. Но для этого нужно предоставить доказательства, что “заграничный” шельф является продолжением их территорий. Если говорить о России, нужно доказать, что хребты Ломоносова и Менделеева являются частью Восточно-Сибирской платформы. А потом предоставить собранные материалы в Комиссию ООН по границам континентального шельфа. В 2001 году мы уже сделали первую попытку — тогда комиссия рекомендовала нашей стране подать отдельную заявку на арктический сектор шельфа с уточненными данными. Ведь, к примеру, западные ученые приписывают хребтам Ломоносова и Менделеева океаническое происхождение. Но до 2009 года — предположительной даты подачи повторной заявки — у нас еще есть время доказать обратное.

— Нужны дорогостоящие исследования?

— Конечно, без должного финансирования здесь не обойтись. К примеру, чтобы доказать материковое происхождение хребтов, нужно провести глубоководное бурение. А судов, способных провести такие исследования, в морях, покрытых арктическими льдами, у России пока нет. Правда, нет их и у наших оппонентов. Поэтому на заседании Совбеза президент РАН поднял вопрос о строительстве подобной техники. В ближайшее время Архангельский СРЗ “Звездочка” переоборудует в буровое судно атомный лихтеровоз “Севморпуть”.

— Ну хорошо, обоснуем мы свои претензии на четверть всех шельфовых запасов углеводородов в мире, как утверждал Дмитрий Медведев, а что дальше? Достать-то их со дна морского мы все равно не сможем — большая глубина, лед…

— Здесь вы не правы. Уже сейчас есть опыт работ на двухкилометровой глубине. Но этот метод еще не отлажен, ведь пока есть шельфовые месторождения на более доступных глубинах — 50—60 метров . А что касается льда… По прогнозам не только ученых, но и военных, площадь льдов ежегодно сокращается, а граница их отходит на север. В связи с этим на заседании Совета безопасности был поднят еще один важный вопрос — восстановление и активное использование Севморпути. Это дает нам дополнительные возможности по транспортировке полезных ископаемых и грузов.

— А вы смотрите в будущее с оптимизмом?

— Конечно, иначе я не затевал бы прошлогоднюю экспедицию, после которой и начался весь сыр-бор. Мы крепко связаны с Арктикой и имеем на нее право. Ведь все исследования, связанные с Центральным арктическим бассейном, проводили наши ученые. Взять, к примеру, карту рельефа дна Северного Ледовитого океана, которая стала основой для предоставления заявки в комиссию ООН в 2001-м. Ведь аналогов этой карты нет в мире — над ней наши ученые трудились тридцать лет: было сделано 40 тысяч сейсмических наблюдений, 60 тысяч эхолотных наблюдений и более 600 тысяч точечных подледных наблюдений. Поэтому сейчас главная задача — доказать, что Россия и дальше прирастает шельфом.