Почему волонтёры просят прокуратуру проверить «Безмятежное море»

После гибели дельфина Деметры разгорелся конфликт между волонтёрами и крупнейшим в Крыму центром спасения морских млекопитающих АНО «Безмятежное море». Добровольцы, которые больше месяца ежедневно работали рядом с животными, направили коллективные обращения в прокуратуру, федеральные ведомства и правительство Севастополя. Они просят проверить методы лечения дельфинов, использование президентских грантов и пожертвований, а также законность отдельных решений при организации реабилитации. В самой организации претензии отвергают и заявляют, что помощь животным оказывают специалисты с самым большим опытом реабилитации мелких китообразных в России.

Работа АНО «Безмятежное море» вызвала вопросы у волонтёров, участвовавших в спасении дельфинов Споти, Деметры, Персефоны и Персея. Неравнодушные добровольцы регулярно по несколько часов в специальных забродных костюмах дежурили с дельфинами на мелководье: поддерживали и внимательно наблюдали за состоянием для медицинского контроля.

После смерти дельфина Деметры десять волонтёров направили обращения в прокуратуру, федеральные ведомства и правительство Севастополя. Копии документов с подписями активистов есть в распоряжении редакции ForPost.

Спасая дельфинов

Вопросы у волонтёров копились уже давно. Одни касаются материальной составляющей проекта, другие — медицинской. По мнению людей, подписавших обращение в прокуратуру и профильные ведомства и обратившихся в редакцию ForPost, работа «Безмятежного моря» больше похожа не на спасение, а на исследование дельфинов.

«Мы приходили на помощь не за этим», — говорят они.

С другой стороны, волонтёры просят проверить, как использовались пожертвования и средства, которые «Безмятежное море» получило из Фонда президентских грантов и Президентского фонда природы.

«На средства одного из грантов был куплен специальный автомобиль с лабораторией, но мы его здесь ни разу не видели. Весной прошлого года на пожертвования был куплен участок для ребцентра для дельфинов — но почему-то в Байдарской долине, два гектара. А летом на создание ребцентра был получен президентский грант в 24,5 миллиона. И в этом году «Безмятежное море» сообщило, что власти выделяют под ребцентр участок в дикой Омеге», — напоминают волонтёры.

Не могут они согласиться и с тем, как лечили Деметру. По наблюдениям волонтёров — отметим, что их оценка субъективна, а не профессиональна, — через пару недель лечения дельфиниха выглядела активной и здоровой, как и детёныш. Тем не менее на волю их не выпускали.

«Сотрудницы центра сами говорили, что надо выпускать, но решили понаблюдать. Они же пишут исследовательскую работу по дельфинам», — рассказала волонтёр Ольга.

После смерти азовки Севы медицинские манипуляции с Деметрой резко активизировались.

«Деметре начали по два раза в день вводить зонд, брать кровь и делать ей УЗИ. Зачем такой стресс? УЗИ — по часу, сначала на одном боку, потом на другом. Трое держат, четвёртый исследует», — описывает Ольга манипуляции с животным.

Деметре становилось всё хуже, и через день после переливания крови от дельфина Персея (по словам «Безмятежного моря», тот уже был годен для этого) она покрылась красными пятнами и умерла. Это был её 44-й день в «Безмятежном море».

Вскрыли дельфина сразу — тут же, в палатке на берегу. Вывезли ночью — на машине одного из волонтёров, не на купленном на грант автомобиле. Сказали, что в лабораторию. При этом ни название лаборатории, ни результаты волонтёрам в АНО не сообщили.

Законны ли ограждения?

Судьба Персея и оставшейся без матери Персефоны сейчас очень тревожит волонтёров. Неутешительный прогноз дают и специалисты, говорящие о том, что белобочки и азовки, в отличие от афалин, в неволе не живут. Подробнее об этом — в материале «Героизм или ошибка? В Севастополе 44 дня боролись за жизнь дельфина».

А Персей и Персефона живут за ограждениями. Сети на опорах из арматуры появились ещё до гибели Деметры, после побега белобочки Споти. Он был в реабилитации 18 дней.

«Его придерживали за плавники, но однажды ночью он вырвался и ушёл к другому берегу. Его тогда вернули, но рано утром он снова ушёл. Сделал три круга по Карантинной бухте, сориентировался — и уплыл. Не останавливаясь и не путая берега», — рассказали волонтёры.

Законодательство жёстко регламентирует все вмешательства в акваторию, и установка оградительных сетей также должна быть согласована с профильными ведомствами  – в этом уверен собеседник ForPost, компетентный в юридических вопросах природоохраны.

Местные органы власти ведают только пресными водоёмами, а «морское» разрешение обычно получают в Росприроднадзоре. Туда, в частности, ForPost обратился с вопросом, выдавалось ли «Безмятежному морю» разрешение на установку сетей, не связанных с рыбной ловлей. В Росприроднадзоре ответили, что это не в компетенции ведомства и переадресовали в Росрыболовство.

В самом «Безмятежном море» считают, что разрешения экологов не нужны.

«Поскольку ограждение (пластиковая садовая сетка, установленная с целью защиты жизни и здоровья животных) не является орудием лова, согласование его установки не требовалось. Факт его размещения был зафиксирован сотрудниками Пограничного управления ФСБ», — ответила исполнительный директор АНО Анастасия Коростелёва на информационный запрос ForPost.

Другая правда

Что отвечают в «Безмятежном море» на остальные вопросы волонтёров? Например, на подозрение, что сотрудники центра видят приоритет в исследованиях, а не в спасении дельфинов.

Действительно, спасение морских млекопитающих — только одно из трёх направлений работы «Безмятежного моря». Задекларированы ещё два: просветительство и исследовательская работа. Но они не главные, утверждают в «Безмятежном море».

«Реабилитационное направление является основным направлением деятельности организации и требует наибольших финансовых затрат», — говорится в ответе.

Прояснилась и ситуация с участком под реабилитационный центр, но только частично. Как оказалось, участок в Омеге ещё не выделен.

«Границы участка в бухте Круглой в настоящий момент находятся на рассмотрении уполномоченными госорганами. Размещение капитальных сооружений <на берегу бухты> не планируется», — объяснили в «Безмятежном море».

В Байдарской долине, кроме бассейнов, собирались построить и здание для волонтёров, но там движения никакого нет, в том числе и смены владельца.

«Участок в Байдарской долине находится в собственности организации, его судьба или статус не менялись. Какие-либо объекты на нём в настоящее время отсутствуют», — сообщило «Безмятежное море» в официальном ответе на запрос.

А про автомобиль-лабораторию, которого за два года не видели волонтёры — собеседники ForPost, рассказали по телефону.

«Он на стоянке. Сейчас нет необходимости его использовать — дельфины находятся в нормальном месте, их не нужно никуда перевозить», — сообщила заместитель директора АНО Анастасия Постникова.

Что касается прозрачности расходования средств — отчёт за 2025 год АНО обещает в скором времени опубликовать на своём сайте.

Кадры решают

Самый больной для волонтёров вопрос — не земля и не автомобиль, а квалификация людей, оказывающих медицинскую помощь дельфинам. Их всего четверо, говорят волонтёры.

В «Безмятежном море» утверждают, что сомнения напрасны.

«Мероприятия по реабилитации дельфинов осуществляет профессиональная команда, объективно имеющая наибольший опыт реабилитации выбросившихся на берег мелких зубатых китов в России», — говорится в ответе на запрос.

Кроме того, в штате трудоустроенных работников АНО — два ветеринарных врача с высшим образованием, отметили в организации.

«Разработку протоколов лечения животных осуществляет один из ведущих ветеринарных врачей по морским млекопитающим в стране, главный ветеринарный врач Центра океанографии и морской биологии „Москвариум”. В штате организации также работает зоолог, кандидат биологических наук (ранее — член Научного комитета Соглашения по сохранению морских млекопитающих Чёрного, Средиземного морей и смежных вод Атлантики, ACCOBAMS) с научным стажем исследований морских млекопитающих (в том числе оказания им помощи) более 36 лет», — перечислили в организации.

Каждый день на месте работают ветеринар, повысивший квалификацию по программе «Ветеринарная медицина морских млекопитающих», и ветеринарный фельдшер, а также зоотехник со средним специальным образованием (сайт говорит, что это сама Анастасия Коростелёва).

Кто контролирует контакты «Безмятежного моря» с дельфинами? Согласно ответу АНО, очень многие.

«Центральный аппарат Федеральной службы по надзору в сфере природопользования, Черноморо-Азовское морское управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования, департамент природных ресурсов и экологии города Севастополя, министерство экологии и природных ресурсов Республики Крым (в зависимости от региона оказания помощи)». 

В чём выражается контроль и проводился ли он в связи со смертью дельфина Деметры, в ответе «Безмятежного моря» не уточняется.

***

Кто же больше прав в этом споре зоозащитников с зоозащитниками?

Ждём результатов обращений волонтёров и ответов на информационные запросы ForPost перечисленным выше ведомствам, а также ответов «Безмятежного моря» на ещё ряд вопросов, связанных с причинами смерти Деметры. 

Светлана Косинова

Фото: предоставлены волонтёрами «Безмятежного моря»