Курировать отключение мобильного и стационарного интернета будет ФСБ: с чем связано и чего ждать

Госдума в первом чтении рассмотрела законопроект, наделяющий ФСБ правом временно отключать сотовую связь, мобильный и стационарный интернет и телефонные услуги. Мнения об инициативе правительства разделились: одни эксперты говорят о логичном усилении мер безопасности, другие предупреждают о рисках перекладывания издержек на граждан, третьи делают акцент на экономической стороне вопроса.

ForPost обобщил эти позиции в поисках компромисса между безопасностью и соблюдением прав граждан.

Что известно о законопроекте

Поправки к закону «О связи» подготовило правительство РФ. Суть законопроекта сводится к двум ключевым положениям.

Первое: операторы обязаны приостанавливать оказание любых услуг по требованию ФСБ в целях защиты безопасности государства и граждан, в частности при атаке дронов. Основания для таких требований должны быть закреплены отдельными нормативными актами.

Второе: операторы освобождаются от материальной ответственности перед абонентами за последствия таких отключений.

Сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей Алексей Егармин обращает внимание, что подобный подход фактически перекладывает издержки на граждан и бизнес.

По его мнению, отключения по решению властей нельзя считать форс-мажором в классическом понимании: речь идёт не о стихийных бедствиях или технических авариях, а об управленческих решениях. Следовательно, логика компенсаций и перерасчётов должна сохраняться.

Сейчас вопросы выплаты компенсаций угодили в правовой вакуум, отмечает Егармин: когда цифровые сервисы создавались, никто не предполагал, что они будут использоваться как инструмент принудительного отключения.

«Если мы живём в капиталистической экономике, то логика простая: потребитель заплатил за пакет услуг — значит, при отключении не по его вине должны быть перерасчёт и компенсация. Иного пути быть не должно», — пояснил ForPost Егармин.

Политолог Юрий Самонкин тоже считает, что если уж депутаты продолжают ужесточать законодательство в части ограничения связи, интернета, то параллельно должны разрабатываться механизмы для защиты прав потребителей.

«Перегибы неизбежны, а людям и так тяжело добиваться справедливости в судах — особенно когда они уже пострадали, например, от мошенников», — высказал свою точку зрения политолог в беседе с ForPost.

На риски указывают и некоторые депутаты Госдумы. В частности, пишет РБК, во фракции «Справедливая Россия» интересовались, что делать со средствами радиоэлектронной борьбы, на которые потенциально может распространиться блокировка связи; в КПРФ задавались вопросом перегибов и злоупотреблений.

Чем руководствуются законодатели

Сейчас в пояснительной записке к законопроекту лишь коротко обосновано наделение ФСБ новыми полномочиями. Если переводить канцеляризмы на удобоваримый язык, получается, что новый закон — про безопасность и борьбу с терроризмом. Поэтому его не будут дополнительно проверять на влияние на бизнес или экономику.

Логика простая: когда речь идёт о безопасности государства, такие законы принимаются быстрее и без лишних процедур согласования. Отдельно подчёркивается, что никаких новых расходов из бюджета не потребуется.

И ещё одно важное уточнение: закон, по заверению разработчиков, не нарушает международные договоры, не ударит по бизнесу, не ухудшит жизнь граждан и не помешает выполнению государственных программ. В документе утверждается, что просто появится ещё один юридический механизм «на всякий случай», если потребуется вмешательство ради безопасности.

Насколько массовыми могут быть отключения

По словам экспертов в IT-отрасли, с которыми пообщался корреспондент ForPost, исполнить требование ФСБ просто, так как вся инфраструктура у операторов централизована: есть узлы агрегации, точки управления трафиком, DPI-системы, магистральные маршрутизаторы.

По команде «сверху» доступ можно ограничить за минуты, а иногда и быстрее. Это касается и мобильной, и стационарной связи: отключение происходит не у пользователя, а на уровне сети оператора. Именно поэтому такие меры уже применяются точечно — по регионам, районам, временным зонам.

«Важно понимать: новый закон в первую очередь легализует уже существующую практику и снимает ответственность с операторов. Он не создаёт принципиально новых технических возможностей, а упрощает их применение с юридической точки зрения», — объяснил ситуацию собеседник ForPost.

По его словам, массовые и постоянные отключения маловероятны — это слишком дорого и рискованно для системы в целом.

«Но эпизодические ограничения, особенно в крупных городах и в чувствительные периоды, могут стать рутиной. И это, по сути, главный сдвиг: связь перестаёт быть гарантированной услугой и становится управляемым ресурсом», — добавил эксперт.

Политолог Юрий Самонкин напоминает, что ограничения мобильного интернета уже стали привычной реальностью. Но возник системный парадокс: государство усиливает контроль, но при этом инфраструктура и импортозамещение пока не готовы к таким сценариям, подчёркивает политолог.

В итоге страдает конечный потребитель, который «не всегда понимает, что происходит и почему привычные инструменты просто перестают работать», полагает Самонкин.

Он признаёт, что меры безопасности необходимы для предотвращения терактов, однако считает, что приоритетными должны быть точечное реагирование и профилактика, а не создание «стерильной» информационной среды. Интернет, по его словам, остаётся площадкой для обсуждения реальных социальных проблем, и его полное или широкое отключение может привести к эффекту, обратному заявленным целям.

Опасаться нечего

Почётный адвокат России Евгений Харламов считает, что новые ограничения — та самая история про страх, у которого глаза велики.

«В XXI веке, знаете, всех максимально взять и ограничить — это невозможно. Здесь будут точечные удары по тем, кто решил нарушить закон. И да, в том числе по таким случаям, как с бабушками, которые военкоматы поджигают: чтобы сразу обрубить связь, если сотрудник ФСБ видит или слышит, что человек обсуждает подобные действия. Лучше упредить, лучше среагировать, чем потом пожинать плоды в виде сожжённого военкомата, вы меня простите», — сказал ForPost Харламов.

Да, перегибы возможны, как и в любой сфере, но «если человек живёт законопослушно, то ему опасаться нечего», уверен наш собеседник.

«Если гражданин считает, что его права нарушены, он всегда может обратиться в суд — этого права его никто не лишал. Судебный механизм как был, так и остаётся ключевым способом оспаривания любых решений», — подчеркнул адвокат.

Технически отключать интернет можно быстро и точечно, юридически — теперь проще и без рисков для операторов. Ключевой вопрос не в самой мере, а в балансе: где заканчивается защита и начинается перегиб. Именно от результатов доработки ко второму чтению будет зависеть, станет ли закон эффективным инструментом профилактики или же источником возможных конфликтов между государством, бизнесом и гражданами.

Роберт Вочовский