Страна-кокон: какое будущее строит Северная Корея

Северокорейский лидер Ким Чен Ын признал, что ситуация в КНДР складывается хуже, чем когда бы то ни было, сообщает Центральное телеграфное агентство Кореи. Северокорейский лидер раскритиковал партийные низы за неуточнённые «недостатки» и призвал немедленно их исправить, чтобы партия развивалась устойчиво и здорово. 

Эксперты агентства Associated Press считают, что удар пандемии по северокорейской экономике, и без того страдающей от десятилетий изоляции, и американские санкции поставили лидера КНДР в самое сложное положение за всё время его правления. Ранее, в феврале, Ким Чен Ын раскритиковал свой кабинет за экономические неудачи страны и уволил главного экономиста за отсутствие новых идей по спасению экономики. 

Едва ли стоит удивляться, что последствия глобальной пандемии в итоге докатились даже до Северной Кореи. Однако парадокс состоит в том, что столь масштабными они стали именно потому, что в последние годы КНДР перестала быть такой жёстко изолированной, как, скажем, в период правления Ким Чен Ира.

С тем уровнем автаркии, который был тогда, внешние потрясения гораздо меньше сказывались на внутренней стабильности. Впрочем, и развития практически не происходило. Но это, так сказать, элементы злободневности.

Я же сегодня хочу поделиться мыслями о Северной Корее как таковой. Особенно в свете нынешней мировой ситуации. Сделать это постараюсь коротко и тезисно.

Кстати, говорю заранее: если решите воспринять меня как «адвоката дьявола» — Бога ради. Лишь замечу, что лично у меня данное государство вызывает не симпатию, а желание задуматься. Чего и вам желаю. Впрочем, к делу.

Прежде всего, саму Северную Корею я воспринимаю как проект. Который не плох и не хорош — он принципиально другой.

Рассуждать об этом проекте тяжело, так как он за минувшие три десятилетия предельно политически и идеологически стигматизирован, превращён в информационное пугало, а само название КНДР сделано чем-то нарицательным.

О внутренней ситуации там подавляющее большинство населения судит по информации, большая часть которой на поверку оказывается откровенной агиткой с источниками в Южной Корее (и это, конечно же, самые честные и беспристрастные источники, какие только могут быть). Что ж там на деле?

А примерно следующее.

В КНДР много лет существует режим «осаждённой крепости», который в сочетании с очень специфической системой правления со стороны выглядит весьма странно. Тем не менее, с поставленными задачами он справляется. А задача там одна: сохранить некую внутреннюю самость от внешнего воздействия.

При этом в КНДР нет голода: эксцессы 90-х уже остались позади. А есть там стабильный положительный прирост населения, весьма достойный уровень здравоохранения, приличное образование (в том, что касается технических специальностей) и одна из самых боеспособных армий в регионе. По поводу последнего: всем очевидно, что в случае прямого военного конфликта у Южной Кореи без внешней помощи шансов нет.

Я бы не сказал, что описанная картина свидетельствует о какой-то особой «неэффективности» данной системы. Даже с учётом всех издержек. Скорее, она свидетельствует о некой альтернативной эффективности. Совершенно без всякого сарказма. И она довольно высока, раз позволяет стране держаться в условиях тотальной несовместимости с внешней средой.

Развитие там действительно замедлено. Но во многом это связано с теми самыми санкциями, которые наложены извне.

К примеру, там ещё в 90-е было завершено строительство целой серии промышленных предприятий, запустить которые на проектную мощность невозможно, так как стране не дают развивать энергетику в необходимых объёмах — на что во многом нацелена их ядерная программа. Помимо оружия, разумеется.

Так вот, если внешние акторы перестанут их сдерживать и ограничивать — ещё не факт, какая даже чисто экономическая ситуация в регионе в итоге сложится.

Что же до политической ситуации, то Северная Корея — это страна-кокон, внутри которого в состоянии гибернации дремлет альтернативный проект. Образ будущего. Он не хороший и не плохой — он просто очень другой. Настолько другой, что это даже пугает.

И вот именно из-за этой альтернативности у них и проблемы. Именно из-за неё, а не из-за чего-то другого. Если уж говорить о том, что их система правления какая-то уж очень «страшная» и «ужасная», то напомню вам о существовании таких замечательных стран, как Саудовская Аравия. Где вообще-то живым людям на улицах головы рубят, а в полотне мостовой специально спроектированы кровостоки под эти цели. И международное сообщество не имеет претензий. Причина такой разницы именно в том, о чём я сказал, — она в альтернативе.

Насколько же эта альтернатива актуальна в принципе… Здесь имеет смысл зайти с несколько иной стороны.

Знаете, на что в природе более всего похожа общественная организация людей? На популяцию крыс. Без негатива. Просто констатирую. Так вот, в крысиной популяции особую роль играют омега-особи. По сути, именно они обеспечивают крысиному сообществу его живучесть. Пока оно существует в стабильной обстановке, они — омеги со всеми вытекающими. Но как только среда резко меняется — именно они очень часто оказываются носителями необходимых генов и качеств для выживания в этой новой среде.

А теперь ответьте сами себе на вопрос: можете ли вы предсказать, до какой степени всё может измениться уже в нашем собственном мире? Особенно на фоне откровенно подыхающего капитализма, рушащейся старой системы и пандемии, которая всё это только обострила до предела? Какие именно навыки существования и системы управления могут оказаться самыми эффективными в этом «дивном новом мире»?

Искренне советую вам хорошо подумать над этим вопросом. И не надо повторять чужой бред о той же Северной Корее. Попытайтесь смотреть и думать самостоятельно. Не будьте стадом. Это не круто.

Читайте также: Синдзо Абэ: осень патриарха

Павел Кухмиров