Севастопольцам предлагают освоить профессию экскурсовода

Настораживают курсы, которые укладываются в 4-ре лекции

Очевидно, подразумевается, что уровень слушателей - не нулевой. Чтобы туда идти, историю города надо уже знать. А курсы могут помочь упорядочить знания и получить навыки общения и подачи материала. 

1. Лекции далеко не пятиминутные.
2. Лекции не вообще об истории Севастополя, а именно о второй обороне и последнем рубеже - 35-ой ББ.
3. Каждое практическое занятие - это несколько часов прохождения по конкретным маршрутам с рассказами о конкретных событиях и людях.

4. Курсы - это вектор. Дальше - самостоятельная работа по изучению истории создания и боевого пути 35-ой ББ, изучению архивных материалов, созданию своих текстов лекций...
   
   ...После одного из практических занятий...
   
   Память не закопать 
   250 дней и ночей
   У Бреста еще 45 минут
   Склероз бессилен 
   
              Стоит на полке папка. На титульном листе надпись «35-я береговая бронебашенная батарея» и фото надгробия с текстом «В 3 часа 06 мин. 22 июня 1941 г. Нач. Штаба Черноморского флота И.Д. Елисеев приказал открыть огонь по фашистским самолетам, летящим к Севастополю». А Бресту оставалось мирно спать еще 45 минут. Нигде и никогда вы больше не встретите такую надпись. Человек принял на себя ответственность за флот, за город, за страну. За этими строками 250 страшных и печальных дней и ночей Севастополя, героических дней, последние из которых прошли здесь на 35 ББ. 

   Идет учебная лекция для будущих экскурсоводов. Сегодня наш проводник - начальник экскурсионно-просветительского отдела музейного комплекса Уманская Татьяна Ивановна. Она знает здесь каждый выступ, поворот, каждую ступеньку, помнит тысячи документов и имен и по минутам проживает с защитниками их последние дни… Тусклый свет фонарей вдруг гаснет (в Крыму блэкаут). Вам доводилось из пышного бала выходить в кромешную темноту июньской ночи? Тогда вы меня поймете. Черная оглушающая тишина.

   ...Мы реально в том июне 1942 года. Мы смешиваемся с солдатами и матросами, пытаемся среди камней нащупать патроны, но только натыкаемся на пропитанные кровью бинты. Тысячи кубометров бетона, узкие длинные проходы уже не освещают даже лампы-коптилки – нечему коптить, бесконечные лестницы вглубь, смрад, стоны. С трудом преодолеваем узкую 15-метровую винтовую лестницу к левому дальномерному посту. По пути есть выход к морю, где можно вдохнуть и умыться. 

   Ночь на 1 июля… правая потерна, ведущая к аэродрому… мимо проходит группа старших офицеров, среди них в накинутой плащ-палатке командующий Октябрьский (его лысую голову невозможно не узнать). Он улетел на Кавказ. Минут через сорок слышу шёпот, что по левой потерне эвакуировался генерал Петров. Командование нас оставило. А мы продолжаем оборону, еще не зная, что для батареи наступило самое трагическое время. В ожидании кораблей бойцы тысячами толпятся на берегу, немцы сбрасывают бомбы. Да вообще в ход идет все - с неба летят рельсы, шпалы, бочки. Пытаемся пить морскую воду и собственную мочу. Губы трескаются от соли. Кто-то прорывается в город, к партизанам или пытается эвакуироваться самостоятельно на самодельных шлюпках и плотах.

   Вдруг кто-то хватает меня за руку и просит пить. Протягиваю бутылку, но она падает в пустоту. От звука удара прихожу в себя – эту бы бутылку 73 года назад…возможно она бы спасла чью-то жизнь.

   Включили аварийное освещение. Но теперь голос Татьяны Ивановны уже не кажется таким размеренным. Его прерывает свист пуль, взрывы бомб, плеск волн, истошные крики. Рассказ наполнен ее личной физической болью, осознанием обреченности тысяч людей на этом пятачке у моря. Как понимал это и полковой комиссар Борис Михайлов, который уже находился на борту последнего «Дугласа», когда решил остаться и успокоить бойцов, заверив, будто командование улетает организовать эвакуацию, хотя прекрасно понимал, что самолетов больше не будет. Он погиб там же на аэродроме мыса Херсонес. Его захоронение не найдено до сих пор. Для меня он стал символом истинного офицера, горжусь, что живу на улице его имени. Именно о таких говорил Александр Васильевич Суворов «Мужественные подвиги достовернее слов».

   Закончился еще один учебный день. Благодарим Татьяну Ивановну и понимаем, что нам до нее еще очень долго расти и расти. Но она проложила нам путь – воспринимайте своих героев как живущих рядом, вчитывайтесь в слова их писем и воспоминаний, и тогда пожелтевшие фотографии приобретут цвет и голос, а бетонные стены 35 ББ начнут сами рассказывать о своих защитниках, открывая новые имена и страницы обороны города-героя, который не сдался.

    

При живом человеке  нельзя,можно сглазить...