Протест уходит из Москвы в регионы. Чтобы они совсем стихли, нужна тотальная реформа всего государства

Возможно ли распространение протестных настроений на российскую глубинку? Прогнозы экспертов тревожны. На прошедших президентских выборах Путин победил во многом потому, что его поддержали российские регионы. Официальная пропаганда противопоставила их «зажравшейся» Москве. И провинция проголосовала за нового-старого президента.

Проблема лишь в том, что причины для недовольства, которые заставили жителей Москвы впервые за два десятилетия отринуть политическую пассивность и выйти на заснеженные улицы столицы, никуда не делись.

Зададим себе вопрос: что происходит с государством российским? Чем оно больно? Чем недовольны люди? Отбросим конспирологические версии о том, что протестанты на Манежной и Болотной были сплошь купленными Госдепом американскими шпионами. Нет, не шпионажем единым жив человек! Но тогда в чем дело?

Дело в том, что российское государство отказалось защищать своих граждан. Несколько веков назад классик политической философии Томас Гоббс утверждал, что государство возникает в результате общественного договора: люди делегируют свой личный суверенитет власти, опасаясь «войны всех против всех», т. е. ситуации тотального беззакония.

Раз отдав суверенитет власти, люди уже не могли вернуть его назад. Властитель мог делать что угодно – лишь бы защищал граждан от взаимного истребления. Но даже Гоббс с его строгостью признавал, что есть одна-единственная ситуация, когда граждане имеют право отказать в повиновении властям – если власть отказывается от своего долга по обеспечению безопасности своих подданных.

Теперь посмотрим на происходящее в нашей стране. Мы сразу же увидим, что в России воцарилось беззаконие. Оно выражается в том, что сильный может сделать со слабым все что душе угодно, были бы деньги и связи. И государство никогда не встанет на защиту слабого.

Примеров – множество. Недавний скандал в Казани, когда в результате пыток в милиции умер ни в чем не повинный гражданин. Основного подозреваемого просто посадили под домашний арест. И лишь возмущение со стороны общественного мнения вынудило суд избрать более строгую меру пресечения.

Или дело бойца без правил Мирзаева, который ударил студента Агафонова столь сильно, что тот упал, ударился головой об асфальт и впоследствии скончался. Лишь дикий скандал вокруг этой истории помешал суду выпустить Мирзаева под залог в 100 000 руб.

Богач может сшибить на переходе невинную старушку – и потом с успехом доказать, что она сама бросилась под его «Бентли». Таких историй – десятки и сотни. Громкие, скандальные – на поверхности. Но сколько скрыто от внимания общественности?..

В результате примерно в начале 2010 года в обществе возникло ощущение, что беззаконие восторжествовало. Богач может сделать с бедняком все. Сильный может пинками загнать слабого под лавку, да еще и обвинить во всех грехах.

В связи с этим, кстати, обострились и национальные проблемы, ибо многие этнические общины представляют собой сплоченные корпорации, отстаивающие интересы своих членов. Тот или иной выходец с Кавказа, совершивший преступление в Москве, может быть совсем не богат или не влиятелен, но он знает¸ что за него всегда готовы заступиться важные люди. Например, в деле Мирзаева в роли ходатаев выступило руководство Дагестана.

Иначе говоря, принадлежность к влиятельной общине или корпорации дает статус сильного и богатого даже тому, кто сам по себе не силен или не богат.

Отсюда и протесты. Следствием беззакония является бесправие людей перед представителями власти. В нормальной ситуации, в обычной стране гражданин, у которого возник спор с чиновником, идет в суд и часто добивается своего. Но в России добиться в суде пресловутой «правды» невозможно. Российские суды всегда судят в пользу сильных, в пользу начальства. И это притом, что еще в XVIII веке прусский король Фридрих Великий гордился, что в его государстве можно подать в суд на короля – и выиграть дело! Увы, России далеко до Пруссии времен «старого Фрица».

В результате сильные образуют у нас привилегированное сословие на феодальный лад. Если представитель могущественной спецслужбы совершит преступление, ему ничего не будет – «корочкой» отмахается. Если то же сделает представитель богатой общины – за него заступятся влиятельные земляки. Наконец, обычный богатей «занесет денег» и «решит вопрос». Куда простому человеку податься?

Ведь «бьют и плакать не дают». Иначе говоря, власть даже прошения от общественности старается не принимать. А ведь именно для этого когда-то в британском парламенте был учрежден пост уполномоченного по правам человека. В его обязанности изначально входил именно сбор жалоб от верноподданных.

В результате граждане России начинают требовать прав, ибо права – единственная гарантия от произвола. Но само возникновение концепции прав, само представление о том, что человек может быть еще и гражданином, подрывает действующую власть, ибо она построена на господстве сильных над слабыми.

Это означает предреволюционную ситуацию. В крупных городах люди не готовы мириться с беззаконием и выходят на улицу. Явно растет уровень взаимного доверия, а это – существенный фактор. Люди не могут протестовать, пока считают врагами ближних своих и соседей. А вот когда они понимают, что все – братья, вот тогда и начинается настоящий протест.

Российская провинция получила в ходе выборов пропагандистский «укол»: дескать, в крупных городах по улицам ходят толпы шпионов, подкупленных Госдепом. На какой-то краткий миг эта риторика подействует, но затем потерпит крах и она: ведь российские власти ничего не хотят менять ни в политике, ни в экономике. А раз так, базовые параметры режима сохранятся и отторжение со стороны граждан будет усиливаться.

События в Казани, где протестовать против пыток в милиции вышли несколько сот человек, тому порукой. Конечно, наблюдатели смеются: всего 200 человек, ха-ха... Но ведь еще три месяца назад именно столько собирали оппозиционные митинги в Москве. Это значит, что протестные настроения растут даже в Татарстане, республике, вот уже два десятилетия управляемой националистической элитой, которая сделала многое для того, чтобы продемонстрировать свою независимость от Москвы.

Народ востребует права, востребует безопасность, востребует человеческое достоинство. Гегелевская борьба Раба и Господина, о которой мы говорили в прошлых статьях, обостряется. И поражение новоявленных Господ абсолютно неизбежно, потому что только устранив доминирование сильных над слабыми, можно построить современное государство.

Так что неправы те, кто говорит, что протесты сошли на нет. Происходит всего лишь временный их спад в условиях, когда оппозиционные настроения будут распространяться за пределы крупных городов, в провинцию. Новые средства массовой коммуникации, прежде всего Интернет и социальные сети, такие как «Фейсбук» и «Твиттер», идут в авангарде протеста. Гипноз телевидения еще действует, но слабеет с каждым днем. Люди находят себе альтернативные источники информации.

Сегодня власти приходится реагировать на любые протесты в сети, а сам Интернет стал могущественным средством формирования общественного мнения. Благодаря «ретвитам» и «лайкам» информация распространяется мгновенно, подобно лесному пожару.

Иначе говоря, новый президентский срок Путина не будет легким. Ведь пока что он не намерен всерьез ничего менять, а общество требует изменений и не желает больше ждать. Обещания могут лишь кратковременно ослабить протестные настроения, но для того, чтобы они действительно стихли, нужна тотальная реформа государства – от парламента до судебной системы. Сомнительно, чтобы нынешнее руководство на это согласилось. А значит, протестная активность через короткое время снова вернется на пик, мы снова увидим многотысячные демонстрации. И, скорее всего, не только в Москве и мегаполисах.