Почему севастопольцев не пугает битва ПВО с беспилотниками

Традиционно непростой для России август в этом году дал крымчанам опыт, получать который никому не хотелось. Взрывы боеприпасов, рёв бьющей по украинским беспилотникам ПВО и следующие за этим оглушительные «хлопки» с каждым новым днем становились все чаще, и особенно плотно кольцо воздушных атак смыкалось над Севастополем.

Шок, что на короткое время ощутили севастопольцы при первой, июльской атаке штаба флота, быстро сменился осознанием новой реальности, в которой на линии боевых действий оказался ты сам и твои близкие.

Сейчас уже не найти горожанина, который не был очевидцем работы российской ПВО. Каждый такой взрыв заставляет на мгновение замирать душу – а потом возвращаться к привычной жизни, с разной степенью сдержанности и эмоций комментируя увиденное и услышанное.

Стоит признать – смятение и растерянность не завладевали Севастополем ни на минуту, а на каждого, кто искренне или с умыслом делился своим паническим настроением, находилась дюжина тех, кто отвечал спокойствием  и уверенностью – когда деликатно, а когда и не очень.

«Севастополец – не дрейфит, а если ты ещё не севастополец – учись им быть» – пожалуй, к этой формуле можно свести диалог стойких горожан со смятенными.

И порой задумываешься  – действительно ли я так смел или просто зарываю голову в песок, отказываясь осознать реальную опасность? Что в такой ситуации нормально? Какая реакция адекватна?

Разобраться с новым жизненным опытом помог заведующий кафедрой социальной психологии  КФУ, доктор психологических наук, профессор Евгений Владимирович Черный.

– Город живёт обычной жизнью, никто не прячется по домам и не меняет своих планов. Не значит ли это, что мы отказываемся осознать опасность?

– Конечно же, люди чувствуют и осознают опасность, и защищаются от нее, психологически тоже. И это внешнее спокойствие, а местами и бравурность – защитная реакция. Патологии здесь никакой нет, это естественное человеческое стремление жить своей привычной жизнью и ничего не менять.

Сидеть и дрожать – вот это подавляет и вгоняет в постоянный стресс, а та реакция, о которой вы говорите, дает возможность наладить свою повседневную жизнь.

Хотя есть люди, у которых реально низкий порог к чувству внешней опасности, они не так переживают. А есть люди по определению эмоционально тревожные, тем более – когда есть некоторая угроза благополучию, жизни, здоровью.  Люди отличаются, в том числе и этим. То, что для одного опасность, для другого – щекотка.

– А мы сможем отличить опасность от щекотки?

– Знаете, у физиолога Ухтомского есть понятие недремлющего очага в мозгу. Уставшую спящую маму пушки не разбудят, а ребенок пискнул – и этот очаг в мозге немедленно её будит.   

И у людей, которые живут в состоянии перманентной опасности, есть такой бодрствующий очажок, который всегда правильно отреагирует. В некоторых странах люди так живут десятилетиями.

– Когда этот очаг у нас появится, что для этого должно произойти?

– А он уже есть. Такие очажки есть у каждого человека, даже когда он бодрствует.  Но пока нет ситуации, где нужно экстремально реагировать, люди защищаются – демонстрируют смелость, гордятся спокойствием.

– Понятно, быть спокойным, и демонстративно спокойным, – это нормально. А бояться настолько, чтобы менять жизнь – это что?

– Опасность может быть фактором, подталкивающим человека реализовать то, что уже сидит в нем, но не осознано, не вербализовано, четко не высказано. У человека внутри может быть стремление изменить свою жизнь, но она течет по инерции, день сурка, в общем, – и вдруг что-то происходит, ударяет. И человек решает: может, мне вот так поступить? Опасность может стать толчком перед каким-то прыжком. Человек почему-то завис, не решается, а тут раз – и прыгает. И примеры здесь могут быть разные. И такие, как смена места жительства на более безопасное внутри города, и что-то более глубокое, масштабное.

– Как нам реагировать на происходящее, как сохранить спокойствие, если оно вдруг начнет кого-то покидать?

– Во-первых, не нужно бояться своих эмоций, и их вполне можно поверять близким людям. Это с одной стороны. С другой – близкие люди должны быть внимательны друг к другу. Такие ситуации, в идеале, должны сближать людей, давать им понимание, что рядом есть близкие люди, и на них есть возможность опереться.

Второе – это рациональность. Человеку надо не верить всем подряд сообщениям, а критически анализировать источники информации. Огромное количество фейков сейчас распространяется, а испорченный телефон может мгновенно раздуть не очень страшное событие до совершенно ужасного – и человек уже не в себе.

Поэтому первое – это чувства, их принятие и работа с ними, второе – рациональность и аналитика.

– А классические методы самоуспокоения – подышать, посчитать? До скольких?

– Не буду давать рецепт один на всех, тут кому что помогает. Одному надо подышать, другому музыку послушать, а третьему на море пойти. Нужно просто к себе прислушаться и вспомнить, когда удалось самому снять свою стрессовую ситуацию. Проанализировать этот успех и в этом ключе его повторить, если потребуется.

Вопросы задавала Светлана Косинова