Кто взорвал больницу в Газе: нужно ли расследование?

Мир потрясли чудовищные кадры — в секторе Газа была взорвана больница, местный Минздрав сообщил, что сотни людей погибли. Противоборствующие стороны тут же обвинили в произошедшем друг друга.

Палестина уверяет, что удар нанесён авиабомбой, Израиль настаивает, что взорвался снаряд исламской радикальной группировки, и даже предоставляет видео.

Через пару дней США сделали заявление — официального международного расследования не требуется, всё, мол, понятно и так.

«Я не считаю, что это уместно в настоящее время. Израиль уже предоставил достаточно свидетельств», — заявил представитель американского Госдепа Мэттью Миллер.

Автор этой колонки не привыкла делать далеко идущие выводы, основываясь на чьих-то словах или видео в интернете, поэтому, безусловно, не будет озвучивать никакого мнения по поводу виновности или невиновности сторон.

Гораздо важнее здесь поговорить о позиции «главной мировой демократии». Демократическая партия США в последние годы всё более начинает неотличимо напоминать советскую власть в самых дурных её проявлениях. Яркий пример — движение «ми ту», где «жертвы насилия», случившегося якобы десятилетия назад, зашлись в хоровых обвинениях в адрес разных известных людей.

Тут произошёл очень показательный правовой слом: чем громче стоял крик, тем увереннее система приближалась к соображению, что никаких доказательств и вовсе не надо, «всё понятно и так», как в случае со взорванной больницей. Десятки сломанных судеб, сотни бездоказательных обвинений. «Демократия» настолько расцвела, что суды-тройки, как говорят в народе, нервно курят в сторонке.

Стартовал, по сути, страшный процесс — справедливость стала измеряться словами и мнениями, а не законом.

Или нормативы, которые были введены в культурные сферы демократической американской жизни. Ни одно кино не может быть выдвинуто на «Оскар», если в нём недостаточно меньшинств. И плевать на художественный уровень, главное — убеждённость и поза жертвы. Таких разнарядок даже упомянутая мною советская власть не давала.

Это проявления одного и того же процесса — отрицания права, как основы любых взаимоотношений. И вот он развился до финальной точки: расследование не нужно. Виновных в чудовищном военном преступлении мы будем определять, основываясь на личных внутренних убеждениях. Именно это транслируют США, и, кажется, никто не находит такую позицию странной.

Тысячелетиями человечество шло по пути формирования права и законности как единственной нормы и меры.

И вот самая большая в мире демократия сообщает, что оно ни к чему.

Этот идеологический момент — пожалуй, главный урок, который следует вынести из происходящего.

А я с нетерпением буду ждать результатов официального международного расследования — с фактами и обстоятельствами.  

Мария Дегтерева