Скоро отгремят последние фанфары по поводу пятилетия <воссоединения Крыма с Россией>. Фанфары вполне необходимые и заслуженные. Но это ещё и повод поговорить не о событиях, а о процессах. Пятилетний срок — промежуток времени вполне приличный, чтобы увидеть не только построенное и отремонтированное, но и нечто более существенное — как жило и менялось общество.
Что же было в крымском обществе такого, чего не было в нём раньше и чего нет в других региональных сообществах, да и в стране в целом? А было то, что крымчане весь этот период во многом жили будущим. В мире, где настоящее — привилегированная территория, жить будущим — дорогого стоит.
Весь постсоветский период бывшие советские люди и их потомки жили настоящим, не в смысле подлинным, а в смысле одним днём. И не важно каким настоящим, между ежедневным выживанием девяностых и сиюминутным потребительством нулевых в этом смысле принципиальной разницы нет. И то, и другое — это жизнь без будущего. Нельзя же считать будущим срок выплаты кредита.
Вернёмся к Крыму. Те цели и ожидания, которыми было наполнено общественное сознание, были разными. Это и преодоление «временных трудностей», и создание нового, и изменения, которые по-настоящему от нас не зависят, но которых всё же хочется достигнуть или получить. Вот будет налажено транспортное снабжение и перестроены логистические потоки, вот закончится смена документов, разнообразные перерегистрации. Вот будут построены новые объекты, без которых Крыму было крайне тяжело (энергомост, аэропорт, мост через пролив, электростанции и так далее).
Именно верой в будущее была обусловлена та реакция на прекращение поставок электричества с Украины, которая была крайне нетипичной для потребительского общества. Никакой паники, оптимизм и взаимная поддержка. А ведь никто не знал, что до запуска первой очереди энергомоста осталось пару недель и преодоление блэкаута случится вот-вот. Власти не разбрасывались обещаниями «потерпите немного», а уже наступала зима. Тем не менее люди верили, причём вполне осмысленно. Повторюсь, такая вера в будущее в нынешнем мире дорогого стоит.
Более яркими образами будущего стали те объекты, которые воспринимались как символы нового Крыма. Это, в первую очередь, аэропорт и мост. Вылетая из Симферополя, видеть, как начинаются земляные работы, через год лицезреть уже образ здания нового аэропорта и ещё менее через год видеть его уже работающим — это зримое свидетельство того, что будущее есть и оно достижимо.
А было и есть ещё и много небольших элементов будущего, на которые мало обращало внимание общество в целом, но которые имели существенное значение для тех, кто непосредственно с ними был связан. И эти небольшие элементы складывались в общую картину.
Были ожидания и серьёзных изменений в России в целом — некая вера в то, что Крым станет драйвером перемен. Это, конечно, обычное крымское самомнение, но это самомнение также наполняло будущее смыслом, что само по себе неплохо.
Были и ожидания более глобального порядка: вот-вот весь мир одумается и признает выбор крымчан, вот-вот на Украине закончится психоз и можно будет жить рядом с нормальным соседом. С этими ожиданиями сложнее всего, их реализация от нас мало зависит и к тому, что они не достигаются, постепенно привыкают. Нереализовавшееся уходит с горизонта будущего, в горизонт неизбежного.
Но большая часть этого будущего уже в прошлом. В обозримых перспективах нового ожидания будущего не предвидится. Пятилетка, в которой главным смыслом было жить будущим, уже заканчивается. Осталось немногое. К концу года по Крымскому мосту застучат поезда. Это хороший символ и сбывание ещё ряда мечт: для кого-то возможность совершить ностальгическую поездку, отдыхая под стук колёс, для кого-то — возможность более недорого съездить на материк, для кого-то — более важны грузоперевозки. Постепенно будет достраиваться «Таврида и так далее.
Будущее будет уходить, а заменить его нечем. Возвращаться в настоящее, наполненное деталями и лишённое существенных смыслов и ожиданий, будет болезненно, тем более что каких-то особых перспектив опережающего развития у Крыма нет. Это объективная реальность, нет на полуострове условий ни для передовой экономики, ни для «прорывов», о которых последнее время много говорит президент. Эти прорывы должны идти по направлениям, среди которых Крыма нет.
То, что нужно было сделать, уже почти сделано, осталось немного. «Провинция у моря» — это тоже неплохая судьба. Придётся переходить с пути преобразований на путь улучшений. В принципе, уже виден этот переход, когда всё меньше говорят, о том, что где-то и когда-то, а всё больше о том, что сейчас и рядом. И это нормально, но помнить мы будем всё-таки о том, как жили будущим.
Николай Кузьмин, доцент кафедры культурологии и религиоведения философского факультета Крымского федерального университета
Фото пресс-службы пресс-службы Госдумы, пресс-службы ГУ МЧС по Республике Крым, most.life
А почему "тфу-тфу-тфу"? Как будто Маркс - чёрт за левым плечом. Маркс - выдающийся учёный, он ничего не придумал, он описал реальные процессы в реальном мире. Процессы, неизбежно приводящие к предсказуемому результату. Как бы не изощрялись мироеды, как бы не истерили хрустобулочники - история неклонно идёт своим путём, поэтому жизнь неизбежно будет напоминать что-то "из Маркса".
По отдельным моментам статьи можно спорить (например, насчёт будущего, лишённого смыслов и ожиданий), но в целом Николай Кузьмин прав: эксклюзивный период в истории Крыма заканчивается и нам предстоит полностью раствориться в российской реальности, местами терпимой, а местами и крайне неприглядной. И ощутить её на своей шкуре. Нераздельность судьбы, так сказать. И нам самим решать, хныкать ли при этом в жилетку или активно участвовать в изменении ситуации. А насчёт смыслов и ожиданий - читайте Маркса и Ленина. Там почерпнёте социальный оптимизм, найдёте смыслы.