Зеленский сломался. Но не до конца

Зеленский внезапно изъявил желание представить к ноябрю новый мирный план. Пока же он намерен обсудить с союзниками Украины проблему её территориальной целостности и убедить их, в первую очередь США, "оказать давление на Россию, чтобы (sic!) Украина могла рассчитывать на лучшие условия мира".

Насколько я могу судить по этим формулировкам, Зеленский под давлением обстоятельств непреодолимой силы вынужден был отказаться от своего предыдущего "мирного плана", который он совсем недавно обкатывал на форуме в Швейцарии. Всего неделю назад Зеленский заявлял, что надеется на второй этап конференции, который Киев хотел бы провести в одной из стран Залива (предпочтительно в Саудовской Аравии) и на который, по плану Зеленского, должна была быть приглашена Россия, чтобы услышать единую позицию "цивилизованного мира" в поддержку "мирного плана Зеленского".

В Москве никто не собирался даже предварительно обсуждать этот "мирный план", поскольку предварительным условием любых переговоров в нём выдвигалось требование ухода российских войск даже не в границы 2022 года, а сразу 1991 года. Тем не менее уже два с половиной года именно это требование было основой всех "мирных планов" Киева. Именно поэтому Россия всегда отвечала на подобные инициативы, что не видит, с кем и о чём здесь можно говорить, а затем и отвечать перестала.

Сейчас мы не видим никаких предварительных условий. Более того, Зеленский намерен консультироваться союзниками "по вопросу территориальной целостности", значит, он уже не уверен, что сумеет её сохранить, и всего лишь хочет при помощи Запада добиться в ходе переговоров "лучших условий мира".

Если бы за пять лет, с весны 2019 года, мы не изучили Зеленского, как крайне амбициозного, но совершенно непрофессионального государственного деятеля, я бы предположил, что накануне серьёзных изменений в высшем американском политическом эшелоне, он предпринимает несложный манёвр, умышленно занимая пассивную позицию и перекладывая ответственность за конкретное содержание пакета мирных инициатив на Запад. Просто бросить Украину ни Европа, ни США не могут, так почему бы не поиграть с ними в игру, "мы устали и готовы сдаться", чтобы они не свысока бросали косточку просящему помощь Зеленскому, но были бы вынуждены сами проявить инициативу и просить Украину держаться дальше, обещая ей новые плюшки.

Как любой манёвр, этот несёт известную долю риска (Запад может согласиться на капитуляцию Украины, может попытаться убрать слишком хитрого Зеленского), но риск невелик. Издержки любого из вышеприведенных ходов для Запада выше, чем простое согласие на увеличение финансово-экономической, военно-технической и политической поддержки киевского режима.

Но в том-то и дело, что мы хорошо знаем как Зеленского, так и уровень интеллекта и ход мыслительного процесса его советников и дипломатов. "Манёвр", в их понимании, заключается в тупом повторении одной и той же формулы, даже если она нереализуема. Они исходят из того, что рано или поздно от их нытья устанут и уступят. Резкое изменение позиции Украины по переговорному вопросу никак не укладывается ни в политическую традицию самого Зеленского, ни в переговорную традицию местного дипломатического корпуса.

Можно было бы предположить, что приступ миротворчества случился с Зеленским по итогам телефонного разговора с Трампом, но Трамп как раз накануне рассказал, о чём говорил с Зеленским. Можно констатировать, что разговор был спокойным, в целом благоприятным для киевского режима (их не будут бросать, будут помогать дальше). Слова о том, что Зеленский должен стремиться к миру Трампом, были произнесены, но он не сказал — к миру любой ценой. А так, абстрактно, к миру и Байден стремился.

Кроме того, шансы Трампа на президентство сейчас предпочтительны, но они не стопроцентны. Демократам удалось консолидироваться, и они будут всеми силами надувать Харрис, которая уже получила критически важную публичную поддержку семейства Обам, воздерживавшихся от этого шага целую неделю после "отречения" Байдена. Наконец, ЕС и НАТО уже почти год работают на подстраховку, чтобы не допустить повторения истории с перерывом в финансировании Украины из-за американских внутриполитических проблем. И даже первые F-16, о которых так долго мечтали в Киеве, то ли уже поступили на Украину, то ли находятся в пути.

Нельзя сказать, что общая геополитическая ситуация для Украины идеальна. Есть риск начала израильско-ливанской войны, которая отвлечёт на себя часть внимания глобальных игроков. Но в целом Киев в политическом плане должен сейчас чувствовать себя лучше, чем весной текущего года, когда финансовая помощь пересохла, военные поставки почти прекратились, ВСУ испытывали острый снарядный голод, и никто ни в США, ни в Европе не мог точно сказать, чем всё это кончится. Кризис достиг той точки, в которой Украину могли просто списать, чтобы упростить условия игры.

Сейчас ничего подобного нет и в помине. Дошло уже до того, что евробюрократия под давлением Польши начинает всерьёз обсуждать возможность адаптации европейского миграционного законодательства к необходимости отправки Киеву успевших сбежать в Европу нескольких сотен тысяч украинских мужчин. Начнут они отлов или не начнут — большой вопрос, но ещё полгода назад, несмотря на все украинские стоны о скоординированной европейской поддержке, об укромобилизации речь не шла.

Думаю, что проблема, заставившая Зеленского суетиться, находится на Украине и связана с ситуацией на фронте
Запад и Киев надеялись, что к осени российское наступление выдохнется, а Украина накопит резервы и сможет если уж не перейти в контрнаступление, то хотя бы имитировать его, хоть два села захватить. Вашингтон, Брюссель и Киев надеялись, что таким образом сумеют показать Москве, что способны ещё долго продолжать украинские качели, не давая России достичь решительного результата, и тем убедить Кремль смягчить свою позицию и пойти на мир в устраивающей Запад конфигурации.

Однако осень уже не за горами, темпы российского наступления только нарастают, украинский фронт разваливается, а резервы если и есть, то явно в недостаточном количестве, чтобы одновременно и дыры во фронте затыкать, и стратегическое контрнаступление готовить.

Весной я писал, что выход российских войск на линию Курахово — Селидово — Покровск обвалит украинский фронт на левобережье. Это, в свою очередь, не только серьёзно сократит украинский мобилизационный ресурс (включающий помимо людей ещё и некоторые работающие предприятия ВПК), но резко ухудшит стратегическое положение Украины — вся её территория окажется в зоне досягаемости фронтовой авиации России, в то время как собственно российские территории будут для масштабных ударов практически недосягаемы.

Главная же катастрофа ожидает киевский режим на информационном поле — потеря половины Украины, после почти трёх лет рассказов о "победах" ВСУ, окончательно деморализует население и заставит союзников усомниться в целесообразности дальнейшей ставки на эту лошадь.

К концу июля русская армия ворвалась в Максимильяновку — последний населённый пункт перед Курахово, взяла Прогресс (на полпути от Очеретино до Покровска) и продолжила наступление, угрожая одновременно выходом к Селидово с севера и к Покровску с востока и с юга. Кроме того, возникла угроза выхода ВС РФ на главную коммуникационную линию "Покровск — Константиновка" у Воздвиженки. О более мелких кризисах на всём фронте я даже не говорю.

Вопрос не в том, рухнет ли фронт, а в том, удастся ли создать новый хотя бы за Днепром. И ответ на него однозначен: без полноценного участия в войне против России хотя бы двух-трёх стран НАТО не удастся. А страны НАТО к войне с Россией не готовы и обещают приготовиться в среднем к 2028 году и в любом случае не раньше 2026 года.

Думаю, что в Киеве наконец осознали простую вещь: их способность к сопротивлению исчерпывается, а помощи людьми не будет. Деньги же людей на поле боя не заменят. Отсюда и изменение зеленской риторики.

Только новый мирный план к ноябрю — это поздно. Если события будут развиваться в текущей динамике, в ноябре Украина подпишет капитуляцию, причём из желающих подписать её от имени Киева будет очередь стоять — не факт, что Зеленский сможет через эту толпу протолкнуться.

Ростислав Ищенко