Во время строительных работ в лагере «Ласпи» обнаружены останки 12-ти защитников Севастополя

Название урочища Ласпи ассоциируют с покоем и вечным миром. Этот уникальный уголок крымской земли с трех сторон отгорожен горами. Но и здесь в середине прошлого века прокатилась волна кровопролитных боев. Свидетельства их обнаружены спустя 71 год.



Командир поискового отряда «Вымпел», входящего в объединение «Долг», Евгений Павлюк, безусловно, один из самых авторитетных поисковиков Севастополя. Его приглашают на самые проблемные участки работы. И он с успехом справляется с поставленными задачами. Евгений рассказывает, что в детском оздоровительном центре «Ласпи» проводились общестроительные работы. Старый корпус, подлежащий сносу, разобрали и бульдозером начали нарезать площадку под строительство нового здания. И тут из-под ножа бульдозера пошли человеческие останки. Строители поставили в известность дирекцию лагеря и сообщили в компетентные в этих вопросах структуры. Присутствие в раскопе боеприпасов побудило руководителей лагеря обратиться в МЧС, а сотрудники милиции по останкам предположили, что имеют дело с отзвуками 1941-1942 годов. Поисковики считают, что останки принадлежали советским воинам, отступавшим в 1941 году к Севастополю. «Очень много пулевых отверстий в черепных коробках», - говорит поисковик Евгений Павлюк. Немцы добивали советских раненых бойцов. Кожаный сапог одного из погибших говорил о его принадлежности к командному составу. У рядового состава в тот период были кирзовые сапоги.



Поисковики с благодарностью отмечают сознательность и патриотизм руководителей лагеря. Сегодня все чаще приходится встречаться со случаями сокрытия обнаружения останков советских воинов. Новоявленные владельцы земельных участков втихаря роют котлованы под фундаменты, прячут найденные костные останки, выбрасывая их в море или в мусорные контейнеры подальше от места находки. Недавно в дачном кооперативе на Сапун-горе по свидетельству очевидцев бульдозер заровнял останки бойца. Прибывшие по телефонному звонку поисковики уже не смогли обнаружить ни одной косточки под толстым слоем грунта.



Опознание найденных в этот раз бойцов крайне проблематично. Нет ни одной заметной именной надписи на личных вещах. Принимавший участие в раскопках командир поискового отряда «Обелиск» Илья Галкин говорит: «Есть отдельные монеты СССР с 1932 года по 1940. Они были в карманах бойцов. Найдены осколки стеклянной фляги. Редкая находка, датируемая началом 1941 года». На останках ноги одного из бойцов – импровизированный жгут из кожаного портупейного ремня на раздробленной голени. У него был шанс выжить после ранения. Но судьба распорядилась иначе. Найдены самодельные мундштуки и четыре ржавых перочинных ножа. Остатки одежды – армейская форма. Флотских вещей здесь не нашли. В голенище сапога была оловянная ложка. Она тоже разложилась и надпись на ней не найдена. Есть наручный компас Андрианова довоенного образца. Нет имен.



Найденные личные вещи упакованы в пакеты и будут обследованы в поисках возможных надписей, имен их владельцев. В первый день раскопок работа проходила под дождем при холодном ветре. Весь день ушел на переборку грунта, смещенного экскаватором. Найдены останки одного человека. При нем – сломанный медальон. Записка в капсуле полностью истлела. Прочитать имя не было возможности. Остальные останки воинов обнаружили в облицованной глиной яме диаметром 3 метра. Похоже на засолочную яму рыбколхоза, который здесь базировался до войны. После боя немцы стащили сюда раненых, добили и бросили в яму. Яма сверху была засыпана камнями. По периметру ямы были найдены гильзы с различной маркировкой от немецких винтовок. В зачистке территории от раненых после отхода советских войск участвовало около взвода немцев. Всего подняты останки приблизительно 12 человек. Позже экспертиза позволит дать более точный ответ.



Командир поискового отряда «Память» Александр Запорожко полагает, что найдены останки бойцов 184 пограничной дивизии, прикрывавшей отход Приморской армии на Севастополь. Время событий – первая декада ноября 1941 года. Немцы теснили пограничников в горы. С большими потерями дивизия отходила по южному берегу. 7 ноября удалось морем эвакуировать в Севастополь 7-ю бригаду. Но далеко не всю бригаду. Часть бойцов осталась на берегу.



В послевоенные годы прошлого века в урочище Ласпи было построено несколько пансионатов и пионерских лагерей на берегу бухты. Заповедные леса и горы никто не трогал. Речи быть не могло об индивидуальной застройке склонов. И только в начале нового века устремились сюда геодезисты с теодолитами землю размечать, розданную местными и не местными депутатами и чиновниками «нужным людям». Ноябрьская находка 2012 года в бухте Ласпи – первая в этом регионе за всю историю поискового движения в Севастополе. Отрадно, что руководство детского центра «Ласпи» с понимание отнеслось к этому событию и всячески способствовало работе поисковиков. Но с другой стороны – за последние пять лет в Ласпи просто бум строительства коттеджей и загородных резиденций развернулся. Построены сотни домов, под другие сотни разбиты участки в лесу и отрыты котлованы. И ни одного звонка об обнаружении останков! Поисковики считают, что кто-то играет в игры со своей совестью. Кому-то важнее скорее отстроиться, спрятаться за высоким забором от взглядов севастопольцев. В костры летят стволы спиленных краснокнижных растений, в отвалы – кости защитников Родины.



Александр Запорожко привел примеры успешной работы поисковиков по установлению имен безвестных героев. Это Савченко Павел Федорович, останки которого отправлены для захоронения на его Родину в Краснодар. Семен Иванович Прокуда, мастер артиллерийских мастерских, награжденный орденом Ленина за героические работы по замене стволов артиллерийских орудий береговой 30 батареи под огнем противника. Останки его обнаружили на 35-ой береговой батарее. Красноармеец Пашкевич Петр Петрович, найденный поисковым отрядом «Военная археология». Коврюга Леонид Филимонович 1921 года рождения (надпись на бритве). Смоляренко Михаил Ефимович воентехник, найденный в мае 2012 года в Советской балке. В Казачьей бухте найдены останки майора пограничника Полякова. И Коротков, чей именной медальон криминалисты не смогли прочесть. Александр Павлович Запорожко на свой страх и риск прогладил записку утюгом, и на ней проступило имя Ивана Исидоровича Короткова. Книга Памяти Севастополя должна пополниться новыми именами.



Поисковики считают, что их работа не может завершиться со словами «Ну вот, и всех уже нашли!» Работы хватит еще не на одно поколение. Работа продолжается.

Владимир Илларионов