В Севастополе идёт сражение за отжатую у пенсионерки квартиру

74-летней Ларисе Ивановне В. из Севастополя предстоит новый суд за свою квартиру, которой она лишилась из-за подлога документов, пока ухаживала за больной матерью в другом городе.

Об этой истории откровенно криминального характера ForPost рассказывал в материале ««Занято!» В Севастополе женщина теряет квартиру после отлучки на Украину».  И вот Гагаринский суд принял решение в пользу пенсионерки, второй год скитающейся по квартирам друзей и съемным комнатам.

Коллапса не будет?

Решение суда основывается на многих фактах, среди которых и подлог правоустанавливающих документов на квартиру (напомним, они заменили подлинные в одной из папок БТИ), и поддельность подписи-резолюции на свидетельстве о праве собственности некоего Т-ина.

Напомним, этот так и оставшийся за границей страны и за кадром правосудия Т-ин никогда не имел в Севастополе ни временной, ни постоянной регистрации, а значит, и оснований к приватизации, по которой квартира якобы стала его собственностью. Впрочем, был ли мальчик в действительности или же только документы с его именем – вопрос. Известно лишь, что в день продажи не принадлежащей ему квартиры Т-ин избавился еще от одного севастопольского «балласта» – 15-миллионного особняка.

«Если бы не домовая книга, не свидетельство в реестровой книге БТИ и не выписка о приватизации из архива, что передан в департамент капстроя, – я бы всё... Это был бы коллапс полнейший», – говорит Лариса Ивановна.

В итоге вся цепочка перепродаж квартиры была признана недействительной, а квартира – истребована у последней приобретательницы, гражданки Б-ко, в пользу Ларисы Ивановны.

Слабое место

И всё же некоторая тревога после суда у Ларисы Ивановны осталась, так как иск был удовлетворен частично: суд квартиру ей как бы вернул, но в первом требовании признать недействительными документы на имя Т-ина почему-то отказал. В мотивированном решении судья Н.Н. Кныш пишет о свидетельствах подложности документов на имя Т-ина, но решения по их недействительности не выносит.

Но поскольку все аргументы, свидетели, а также масса несоответствий в документах ответчика говорили в пользу пенсионерки, та надеялась, что сможет наконец вернуться в квартиру, в которой прожила тридцать лет. Пусть в пустую (все ее вещи и документы были вывезены в её отсутствие), но всё же в свою.

Но защитники проигравшей суд Б-ко (среди них и небезызвестный севастопольцам юрист Александр Меликян, однажды уже осужденный по уголовной статье за фальсификацию документов) воспользовались оставленным без защиты местом и нанесли по нему череду ударов.

«Все лгут!»

Во время суда сторона Б-ко поставила под сомнение показания должностных лиц, свидетельствующих в пользу Ларисы Ивановны, в том числе руководителя органа приватизации Г-ого, и потребовала полной экспертизы свидетельства о праве собственности, от подписи на котором Г-ий отказался.

То, что подпись действительно не его, экспертиза уже подтверждала. Надеется ли Б-ко на то, что эксперты «передумают», или считает, что в её пользу может свидетельствовать подлинность бланка, гадать не будем. Главное, на чем она настаивает в своём первом апелляционном заявлении, – суд должен считаться исключительно с теми документами, что неизвестным образом материализовались в инвентарном деле БТИ вместо исчезнувших, а не с теми, что добыла Лариса Ивановна в архивах.

Напирает Б-ко и на то, что у Ларисы Ивановны нет своего экземпляра свидетельства. Напомним, их вместе со всеми вещами в неизвестном направлении вынесли захватившие её квартиру – чем теперь и пользуется последняя покупательница квартиры.

«Я называю это «иезуитская казуистика». Она бьет на то, что у нас нет самой бумажки <о собственности>, и это понятно, потому что именно ее заменили в папке БТИ и вынесли из квартиры», – говорит опешившая от этой извращённой логики Лариса Ивановна.

Двойной удар

Вторая апелляция встревожила Ларису Ивановну ещё больше, поскольку била как раз в то самое слабое место решения суда: документы украинского периода на имя Т-ина не были признаны недействительными, обнулялась лишь цепочка перепродаж квартиры.

«Если бы в решении суда после слова «постановил» было бы: «признать приватизационные документы украинского периода на имя Т-ина недействительными», этой проблемы бы не было.  А так в апелляции говорится, что судья не дала надлежащей оценки документам Т-ина», – говорит Лариса Ивановна.

Осознав, что бой за свою родную квартиру ещё далеко не выигран, Лариса Ивановна буквально в последний день успела подать апелляцию на решение судьи и потребовать признания документов Т-ина недействительными.

«Я как в страшном кино про какой-то огромный заговор», – говорит женщина, второй год обивая пороги полицейских, следовательских и прокурорских кабинетов.

А вот те, в чьих возможностях было заменить документы в БТИ на подложные, остаются в тени и в спокойствии. Надеемся, что только пока.

Светлана Косинова

Фото автора