Как в Крыму ремонтируют боевые машины для зоны СВО

Мелкие повреждения военной техники чинят, не теряя времени, неподалёку от линии боевого соприкосновения в зоне СВО. Для капитального ремонта танки и боевые машины пехоты (БМП), как правило, вывозят в тыл. ForPost побывал в мастерских, работающих в Крыму, пообщался с военными «кулибиными» и с экипажем танка, ожидающего восстановления после боя.

Работа круглые сутки

Всё пространство вокруг ремонтной базы изрыто гусеницами боевой техники. Местами глубина колеи достигает полуметра, обнажая крымский чернозём. Самый важный элемент экипировки здесь — высокие резиновые сапоги, в которых только и можно преодолевать «проезжую часть», разделяющую ангары.

Техника в ожидании ремонта.

Пропускаем перед собой грузовик и, перепрыгивая через рытвины, подходим к мастерской, где колдуют сразу над несколькими разными модификациями танковТ-80. Командир ремонтной роты, капитан с позывным Армата, проводит по помещению небольшую экскурсию, рассказывая, как всё происходит.

«Машина к нам приходит, экипаж рассказывает, что произошло и что необходимо исправить. Я составляю заявку на необходимые детали и подаю список командиру на утверждение. Затем выписываю накладную и еду на склад за запчастями. Всего хватает: и деталей, и инструментов», — заверяет капитан.

Что необходимо сделать, прописывается отдельно.

Работа здесь кипит практически круглые сутки. Помимо восстановления боеспособности машин, ремонтники много внимания уделяют дополнительной защите техники. Как пояснил собеседник, это важный нюанс, поскольку раньше противник стремился повредить лишь башню танка. Теперь же норовит вывести из строя ещё и двигатель.

«Нам важна жизнь экипажа: железка приедет, и мы её снова отремонтируем. Самое главное, чтобы ребята были в безопасности», — поделился принципом работы Армата.

В том, что противник прилагает массу усилий для уничтожения российских экипажей, ремонтники убеждались неоднократно: своеобразным ветераном стала одна машина, которая уже трижды приходила на починку. Сначала возникли проблемы с ходовой частью, потом — с двигателем, а затем пришлось менять башню. К счастью, дополнительная защита корпуса, установленная в Крыму, все три раза работала на ура: экипаж оставался живым.

С запчастями для техники проблем нет.

В ожидании «Брэдли»

Не отвлекая ребят от работы, переходим в соседний ангар, где ремонтируют различные модификации БМП. Одновременно здесь могут работать над десятью машинами.

«Проводим текущий ремонт, меняем узлы и агрегаты. Машины, в основном, приходят с неисправностью двигателя. Бывают попадания — соответственно, мы паяем радиаторы, меняем коробки передач, а также по системе управления огнём проводим ремонт», — рассказывает командир ремроты.

По его словам, в среднем манипуляции с одной машиной занимают от одних до пяти суток в зависимости от серьёзности повреждений. Самый сложный и долгий ремонт понадобился БМП, в которой осколки снаряда перебили силовые провода: рембригаде пришлось менять всю электропроводку.

БМП дожидается ремонта.

По словам Арматы, нередко приходится восстанавливать и возвращать в строй БМП и танки противника, захваченные как трофей. Увы, американская БМП «Брэдли» пока не попадалась крымским ремонтникам, но они её очень ждут.

«Интересно посмотреть начинку машины, что у них там внутри», — с мальчишеским азартом признаётся собеседник.

После починки обновлённую технику обязательно тестируют: проверяют ходовые качества, систему связи и работу орудия.

Танкист Антон

Солдат-срочников на базе нет: весь ремонт выполняют контрактники. На время работ экипаж восстанавливаемой машины отдыхает или участвует в деле по необходимости. Как раз сейчас рядом с одним из ангаров свой БРЭМ-1М — бронированную ремонтно-эвакуационную машину — осматривают «хозяева».

На груди у ребят красуются новенькие Ордена Мужества. Высокие награды экипаж получил в январе за спасение раненых под Новомихайловкой в Донецкой Народной Республике.

Как рассказал ForPost один из героев, член экипажа, представившийся Антоном, дело было в январе. Задача его БРЭМа заключалась в том, чтобы вытащить застрявший в воронке бронетранспортёр с десятком «трёхсотых», то есть раненых: ребята, по словам собеседника, держали оборону лесополосы всю ночь. С самой машиной всё было в порядке, но спереди у неё был только один крюк из двух. Когда БРЭМ подъехал, противник начал обстреливать позиции из миномёта.

«В группе, которая пришла на выручку нашим ребятам, сразу ранило командира, но он приказал не останавливаться, а работать дальше. Мы зацепили тросом за крюк бронетранспортёра, дёрнули, но крюк слетел. Больше трос никак нельзя было зацепить: я передал об этом Лёхе, а тот передал Сане — нашему механику-водителю. Тогда было принято решение забрать трёхсотых и увезти на броне нашего БРЭМа», — поделился подробностями танкист.

Антон — член героического экипажа БРЭМа.

Места, чтобы разместить всех раненых, еле хватило. В суматохе боя, пока Антон пошёл забирать трос, БРЭМ получил от старшего приказ выдвигаться. В итоге машина ушла, а собеседник ForPost остался на земле один.

Не растерявшись, молодой человек укрылся за оставленным бронетранспортёром. Позиции противника находились буквально в трёх десятках метров. Оценив ситуацию, Антон бросился догонять свой БРЭМ.

«За БРЭМом полетел дрон-камикадзе, но у нас есть РЭБ «Гроза», которая глушит сигнал, отчего дроны теряют ориентацию в пространстве. И он как раз на моих глазах упал. Была зима, холодно, грязь смёрзлась, я запнулся и упал в колею. Это меня спасло, потому что как раз меня стали полторы минуты обстреливать. Слава Богу, не ранили и даже не зацепили!», — вспоминает опасную ситуацию военный.

Переждав пару минут, боец поднялся и устремился вслед за своими. Через сотню метров он наткнулся на раненого в колено. Молодой человек взвалил товарища на спину — «на горбушку».

«Мы так побежали. Периодически клал его на землю и растирал ногу, чтоб нога в тепле была. Так мы добрались до нашего опорного пункта. Там мне выдали пластмассовые санки, и на них я его дотащил до точки эвакуации трёхсотых. Только присел, а мне говорят: «Там надо второго забрать». Ну всё, я встал и пошёл! А некому больше было…», — развёл руками Антон.

Первому бойцу, которого спас Антон, раненую ногу полностью вылечили: ампутации удалось избежать. Второму спасённому повезло меньше: раны оказались серьёзными, он лишился обеих ног. Но всё-таки остался жив.

Пелагея Попова

Фото автора

Видео: Тарас Любимов|ForPost