Как референдум в Молдавии продемонстрировал раскол общества

Оппозиционный депутат назвал результаты референдума по вопросу евроинтеграции в Молдавии мошенничеством.

Теперь уже можно сказать, что такой исход «евроинтеграционного» референдума в Молдавии ослабил всю политическую систему в целом: и сторонников, и противников ЕС. Москва ошиблась в своих ставках: оппозиция в Молдавии, опирающаяся, в первую очередь, на Гагаузию и сельское население, во-первых, совершенно не едина, во-вторых, что более важно, у её интересов разные вектора. Можно ли вести речь о её консолидации? Хороший вопрос.

С другой стороны, правящий режим г-жи Санду и стоящее за ней сообщество также ошибочно поставили на «решительное наступление». Проводить референдум и выборы одновременно оказалось не лучшей идеей. Консолидации результатов у них не получилось. То, что получилось, позитивом не назвать. Плюс к этому, г-жа Санду не сказать, что популярна как глава государства. В стране её, мягко говоря, не любят, и возглавлять процесс евроинтеграции ей вряд ли следует.

Референдум продемонстрировал не успех идеи интеграции в Европу, а то, что существенный сегмент населения страны относится к этой идее крайне негативно. Особенно в сельских районах и в Гагаузии. Там здраво ожидают снижение и так невысокого уровня жизни и удара по сельскому хозяйству.

А ещё беда пришла откуда не ждали: против евроинтеграции оказались сторонники Румынии и поглощения ею Молдавии.

По сути, за евроинтеграцию оказалось только население Кишинёва и эмиграция (причём, только «западная» её часть).

На этом фоне власти начали разгон волны про «беспрецедентное вмешательство в выборы сил из-за рубежа». Скорее всего за этим стоит желание развернуть новый виток политических репрессий.

При всём при этом бывшая Молдавская ССР продолжает оставаться максимально коррумпированным государством с огромным влиянием криминально-олигархических структур. Влияние того же олигарха Плахотнюка по-прежнему продолжает сохраняться в стране, а криминал продолжает оставаться значимым фактором политического процесса. Стоит помнить, что бывшего генпрокурора Стояноглу, противостоящего г-же Санду в борьбе за пост президента, обвиняют в коррупционных преступлениях и злоупотреблении властными полномочиями. Можно сколько угодно говорить о том, что это репрессии режима Санду, но это не отменит факта подрыва доверия к власти на институциональном уровне. Население ненавидит и тех, и других.

Что касается самой евроинтеграции, то результаты прошедшего референдума вряд ли позволят её форсировано запустить. Прежде всего он показал, что общество расколото. И то, как оный референдум был организован, лишь плеснуло бензина в огонь. Включая и «поддержку» со стороны эмигрантов.

Элиты тоже расколоты и не имеют согласия по дальнейшему вектору движения: на Восток или на Запад. Теоретически евроинтеграция даст возможность получения инвестиций (причём, огромных) и не даст стране быть поглощённой Румынией. Практически — самому Евросоюзу это вообще не интересно (огромные деньги в обмен на непонятно что). Плюс, внутреннее противостояние и неурегулированный территориальный вопрос.

И этот внутренний конфликт прошедшим референдумом будет лишь усилен. Дальнейшее будет зависеть от внешних сил. И вот тут РФ стоит прекратить заниматься ерундой и начать, наконец, не «делать ставки», а самой формировать лояльные силы. Как, собственно, и делает враг. Г-н Стояногло — фигура не пророссийская, а максимально двусмысленная. Как и г-н Додон. Как и г-н Усатый.

Но это уже не только «молдавский» вопрос.

Павел Кухмиров