Закавказье на грани войны: чего хочет Иран

Масштабные учения сухопутных войск Ирана начались 1 октября на северо-западе страны рядом с границей Азербайджана. 

Как пишет ФАН, к манёврам привлекли бронетанковые подразделения, артиллерию, беспилотники и вертолёты военно-воздушных сил страны. Учения направлены на тестирование оружия и военной техники, а также оценку боевой готовности военнослужащих в приграничных районах.

В ходе тренировки была проведена разведка местности. После анализа данных военные отработали наземное вторжение при воздушном нанесении авиаударов. Турция и Азербайджан планируют так же провести массированные военные учения на границе с Ираном в Нахичевани с 5 по 8 октября. С обеих сторон звучат агрессивные заявления.

Одними заявлениями всё уже не ограничивается: происходят уже даже перестрелки. Пусть и локальные, которые довольно быстро заминаются. Но даже одни заявления там дорогого стоят: нечасто происходит подобный обмен любезностями.

К примеру, в Тегеране открытым текстом говорят, что зря, мол, они позволили этому государственному новообразованию использовать название «Азербайджан» (а так, если что, называется историческая тюркоязычная провинция на севере Ирана), что надо было поступать как Греция в случае с Македонией и вообще исторические ошибки надо исправлять.

А ещё в Иране не менее откровенно говорят, что называть азербайджанских солдат, погибших в недавней войне, шахидами — это абсолютное скотство, ибо шахидов не тренируют израильские инструкторы. Что Ирану говорят из Баку и Анкары, я даже цитировать не стану. Тем более что речь не про обмен любезностями.

Совершенно очевидно, что Иран активно вступает в закавказскую большую игру, в которой он какое-то время занимал выжидательную позицию. И нынешняя военная эскалация — только первый признак этого. Так же очевидно, что в этом вопросе он вступает в непосредственное столкновение с другим региональным игроком — Турцией. Об этом мы недавно уже говорили. Но каковы интересы самого Ирана?

Иран не просто грозит кулаком в ответ. Он заявляет себя в качестве державы, имеющей даже территориальные интересы. До появления в регионе России именно он доминировал в данной части Южного Кавказа (Восточная Армения, значительная территория Грузии и весь Азербайджан). Именно он, а не Турция, которой там и близко и не было.

И теперь в Иране заговорили о правопреемственности. В том числе и на территории. Постсоветские «квазиграницы» постсоветских «квазигосударств» — это нечто, не устраивающее не только Россию. Происходящее же в Азербайджане и Армении по итогам недавней войны окончательно вывело Иран из себя.

Во-первых, попытки протурецких властей Баку перерезать дорогу к Ирану в провинции Сюник. Во-вторых, явные намерения пробить уже сухопутный коридор между Азербайджаном и Турцией. Малейшие попытки создания такого коридора могут повлечь немедленный ввод иранских войск на территорию Южной Армении. Что Иран чётко даёт понять.

Здесь потрясает позиция армянского правительства, которое делает вид, что разговоры эти их не касаются. Более того: разговоры эти уже ведутся так, как будто Армении вообще нет. Ну тут ничего не поделаешь: после переизбрания г-на Пашиняна её, в общем-то, и нет. Так что вопрос не к Ирану и не к Турции.

Что же до нынешней ситуации, то дело в следующем: Турция желает получить прямой выход на Каспий. Сейчас у неё очевидное окно возможностей для этого. Отделяет её от такой мечты узкая полоска земли, всё ещё называемая Арменией. Если это произойдёт, Иран окажется в тяжелейшем положении. Интерес Ирана — не допустить такого. И Иран сделает для этого всё, в том числе и военным путём.

У меня же вопрос: с Ираном всё понятно, но как так вышло, что он готовится зайти на территорию, где несколько столетий доминировала Россия?

Хороший вопрос, правда?

Читайте по теме. «Великий Туран» и «Град на холме»: новая угроза России