Старший сержант Татьяна (официальный позывной «Леший», но все называют её «Лешая») — одна из самых известных донбасских женщин-снайперов. В мирной жизни она работала формовщиком-чистильщиком на фарфоровом заводе в городе Дружковка, а после майдана-2014 вступила в ополчение.
«Лешая» признаётся: сначала сомневалась. Но потом увидела по телевизору, как люди из Западной Украины заявляли, что придут на Донбасс и вырежут всех, от мала до велика. Тут уже все сомнения отпали.
Как формовщица стала снайпером
Попала Татьяна в батальон «Восток». Сначала дежурила на блокпостах, а 5 июля прибыла в Донецк.
Утром на плацу ей сказали: «Всё, учись». А её командиру, казачьему атаману, сообщили: «Забирай, готовь снайпера». До это Татьяна лишь несколько раз стреляла из автомата, да и то на учебных стрельбах. Учили очень быстро, поспешно. Шестого числа весь день тренировались разбирать и собирать винтовку, а 7-го уже нужно было выезжать на боевое задание на Саур-Могилу.
Татьяна плакала, потому что было страшно. Атаман развёл руками — приказы не обсуждаются. Татьяна повторяла: «Я не смогу, я не смогу убивать».
Атаман сел рядом, поговорил, рассказал, что в прицеле враги. Если их не уничтожить, они придут и уничтожат вас. Пообещал: «Буду рядом, помогу, не брошу, буду подсказывать». Слово сдержал.
Поездка на Саур-Могилу была незабываемой. Выехали ночью. Ехали в «Газели», стоя как сельди в бочке. Казалось, что целую вечность. Потом группу высадили на малой высоте, и ополченцы шли пешком след в след. Для Татьяны всё это было в новинку, дико и непонятно. Она слушала сопровождающего, который объяснял, что нельзя сходить с тропинки, так как всё вокруг было заминировано.
Позиция «Лешей» находилась возле главного памятника мемориального комплекса — солдату Великой Отечественной. Если подниматься к нему по ступеням, то на одной из сторон находится стелла. Окоп Татьяны был выкопан прямо за ней, перед парапетом. Бои были ожесточёнными, но в последних из них «Лешая» уже не участвовала — её с товарищами перебрасывали на усиление то на Ясиноватую, то на Пески или в Жабуньки.
Вместе с боевыми качествами укреплялась и психология. Атаман учил её: прожила день, слава Богу. А на следующий — как с чистого листа, будто страницу в книге перевернула, всё выучила. И не было смысла зацикливаться на переживаниях, даже кошмары не снились.
И дальше Татьяна выполняла задачи на всё новых и новых направлениях. Красный Партизан, Пантелеймоновка, окрестности Горловки — тогда «Восток» удерживал позиции на огромном участке ЛБС, больше 70 километров по всем направлениям, включая Спартаковскую и Авдеевскую промзоны. Уже тогда, в период после мертворождённых Минских соглашений, приходилось воевать против не только бандеровцев, но и поддерживающего их Запада. «Лешая» сама видела, как якобы «нейтральные» наблюдатели ОБСЕ, ничего не стесняясь, привозили на своих машинах оружие и боеприпасы для ВСУ и нацбатов.
В 2016 году Татьяна перешла из 11-го полка в 1-ю Славянскую бригаду. Очередные направления — Новоласпа, Николаевка, Петровское. «Лешая» смеётся, что буквально всю ДНР проползла на животе. Перед СВО она вернулась в 11-й полк, в отдельный снайперский взвод. 2022 год — начало спецоперации и вновь пополнение воинской географии: Кальчик, Бугас, Степное, Сладкое, Славное, Новомихайловка.
Тяжёлая контузия и болезнь: как снайпер вернулась в строй
Под Новомихайловкой, прикрывая работу штурмовиков, Татьяна получила тяжёлую контузию под артиллерийско-миномётным обстрелом.
Вообще у «Лешей» в разное время было пять контузий, но та, последняя, оказалась самой тяжёлой. Врач даже сказал: «Лучше бы это было пулевое ранение, хотя, конечно, ещё лучше вообще без них».
Татьяна почти не могла говорить, лицо было перекошено. Несколько месяцев ушло на лечение и восстановление, а затем навалилось онкозаболевание. Восемь курсов химиотерапии, операции, лучевая терапия, ещё две операции… Татьяна справилась и вернулась в строй. На данный момент она служит в медицинском взводе, где занимает должность санитара-радиотелефониста. Её задача заключается в сопровождении военнослужащих: возит их по госпиталям, помогает обходить врачей и обеспечивает явку на ВВК.
Отношения снайпера и винтовки
За свой боевой путь «Лешая» поменяла три винтовки — шутит, мол, Бог троицу любит. Все они были СВД — самая, по мнению Татьяны, надёжная модель. Сколько раз ей пытались предложить оптику с сеткой Mil-Dot для определения дистанции, но это не то. Прицел ПСО-1 на СВД — идеальный вариант, дающий чёткое четырёхкратное увеличение. Она максимально стабильна при перемещениях: пришёл на позицию, и оружие работает предсказуемо, главное совсем уж варварски с ним не обращаться.
Сможет ли «Лешая» собрать винтовку с закрытыми глазами? Не проверяла, так что ответить не может, но в целом разбирает и собирает уверенно. Ребята даже подшучивали над ней, когда предложили разобрать автомат. «Лешая» тогда возмутилась: «Вы чего, ненормальные? Это же сложно!». А они смеялись, мол, с автоматом куда проще, там деталей меньше, чем в твоей винтовке. Хотя, как считает Татьяна, винтовка кажется даже проще, несмотря на обилие деталей.
У снайперов со своим оружием такие же трогательные личные отношения, как, например, у водителей с их автомобилями. Татьяна ласково называет винтовку «лялечка». Это именно ласковое обращение, а не имя: некоторые говорят про винтовки «Светка», «Лешая» же — просто «плётка». Обязательный ритуал — разговоры по душам. Татьяна настолько доверительно относилась к своим трём «плёткам», что даже в руки никому не давала. Только один раз, но, кстати, весьма удачно.
Непростые цели
Дело было 1 мая 2017-го, возле аэропорта. Группа парней отправилась на минирование, а «Лешая», заняв позицию в двухэтажном здании, вела наблюдение. Она сразу рассчитала все дистанции. На таком расстоянии, около 850 метров, можно было просто эффективно наблюдать.
Когда товарищи вернулись, Татьяна предложила сделать здесь постоянный наблюдательный пункт — отличная высота и обзор. Один из ребят, «Испанец», попросил посмотреть на местность в оптику винтовки, а то раньше смотрел только в бинокли или тепловизоры. «Лешая» нехотя согласилась, строго-настрого предупредив: «Только ничего не крути!».
Через какое-то время «Испанец» закричал: «"Лешая", смотри, там "укроп"!».
Татьяна переспросила: «Да ладно?». Схватила винтовку. Поза была крайне неудобная — что-то среднее между полусидя и полулёжа, боком. «Лешая» смотрела в прицел, но противника вообще не видела. Тогда «Испанец» сориентировал её: «Смотри вон там». Татьяна присмотрелась и едва различила цель, потому что камуфляж практически сливался с местностью. Снайпер тогда не сразу поняла статус противника по экипировке, потому что форма была весьма специфическая. Но глядя на него, она осознала: рядовым он быть никак не мог. Обычный солдат, неважно, свой или чужой, не стал бы так щеголять в снаряжении или вести себя столь вызывающе и нагло, как он.
«Лешая» сомневалась, стоит ли стрелять. Сказала: «Не буду, слишком далеко». Но рука сама нажала на спуск, и всё получилось. С точки, конечно, пришлось быстро уйти. Вернувшись на позиции, военнослужащие узнали от старшего, что объявлена первая степень боевой готовности. Убитый украинец оказался и вправду непростым — командиром взвода корректировки. К счастью, ВСУшники не смогли вычислить точку выстрела. Но и в целом по территории украинцы со злости начали насыпать будь здоров — как говорит «Лешая», «кошмарили» весь вечер.
В другой раз вражеского офицера удалось выбить вместе с напарником с позывным «Горнячок». «Лешая» и «Горнячок» провели целый день на позициях «Востока» в промзоне, карауля капитана ВСУ. Вроде неудачно, но перед самым уходом Татьяну вдруг потянуло взглянуть в бинокль, хотя собиралась его уже убирать. И тут обнаружилось, что цель вышла из окопа.
«Лешая» крикнула: «Горнячок, бегом!». Тот эффективно сделал своё дело, после чего ВСУ пару дней «разбирали» их позицию. На третий день, когда утихло, «Горнячок» спросил: «Ну что, выдвигаемся?». А у «Лешей» внутри всё сжалось. Не то чтобы страх, а какой-то странный мандраж, будто внутри всё замерло.
Но выдвинулись. Идут, и вдруг «Горнячок» говорит: «Включи рацию». Она была у него в рюкзаке на спине. «Лешая» включила, и напарники услышали звук «выхода». Они бросились бежать и как раз вовремя успели уйти за бетонные блоки. Точку начали накрывать минами, и пришлось буквально ползком двигаться в укрытие, где просидели часа два.
Интуиция и признание
Интуиции Татьяна придаёт огромное значение. Несколько раз товарищи не слушали её просьб пересидеть в безопасном месте, шли куда-то и попадали под сильнейшие обстрелы. После этого начали прислушиваться, и всё всегда было хорошо. А разок «Лешая» сама проигнорировала внутренний голос и чудом не заплатила жизнью — высунься из здания буквально на секунду раньше, и «прилётом» ей оторвало бы голову.
Враг по достоинству оценил Татьяну — она есть на пресловутом сайте «Миротворец» и даже подана в розыск Интерпола. Об этом факте спецслужбы киевского режима не преминули сообщить Татьяне в мессенджере, подписавшись: «С уважением, всегда помнящая Вас СБУ». Признание, что уж говорить. Но куда больше Татьяна, конечно, ценит признание своих товарищей. Она с теплотой показывает фотографию с ними, подаренную на день рождения. На обратной стороне — множество тёплых слов и даже небольших рисунков. Некоторых из авторов уже нет в живых. Но дело их продолжается.
Станислав Смагин, офицер ВС, военный корреспондент
