В Грузии «комиссуют» правду о России

Как поется: «Что-то с памятью его стало». Наверное, поэтому Михаил Саакашвили объявил о формировании комиссии, которая наконец-то установит «историческую правду и факты 200-летней политики России по отношению к Грузии». Бороться с РЕТРОГРАДной амнезией президенту Грузии помогут докторант Кембриджского университета Васил Рухадзе и эксперт Торнике Шарашенидзе. Кембридж – признанное хранилище мировой правды; значит, тамошним специалистам и судить «по справедливости».

Кстати, Саакашвили объявил о создании комиссии не где-нибудь, а в Тбилисском музее оккупации – лучшего места и не придумать. А чтобы окончательно развеять все сомнения в том, какие именно факты следует найти, Мишико сделал проникновенное напутствие перед погружением в прошлое: «Адекватное знание истории, особенно новейшей истории, актуально для нас как никогда. Это – одна из главных задач, чтобы мы смогли продолжить борьбу и избежать худшего. Кто думает, что история запечатлена только в учебниках, или плохие события могут произойти только в создающей панику передаче какого-либо телевидения, то я советую им внимательно наблюдать за событиями последних дней хотя бы в одной из постсоветских стран; также понаблюдать за тем, что происходит на нашей земле, – в Абхазии и Цхинвальском регионе».

Умеет же человек изложить «невнятно, но понятно». Собственно, в самом путешествии во времени как таковом необходимости нет. Выводы уже готовы. Еще на стадии задумки государственной комиссии ее будущий глава Васил Рухадзе (тот самый, из Кембриджа) сформулировал ряд инициатив для формирования «коллективной памяти» против российской агрессии, которая затянулась аж на два века! Вот что предлагается для «коллективного бессознательного»:

– детально изучить преступления, совершенные царской и советской Россией против грузинской государственности и грузинской общественности Грузии, начиная с 1801 года;

– на основе добытых комиссией документов (также с использованием уже существующих материалов) предлагается создание новых учебников истории о российской оккупации для учащихся школ и вузов страны;

– открытие братских могил, мемориалов, памятников погибшим в результате оккупации Грузии царской и советской Россией рядовым грузинам и национальным героям; учреждение национального дня памяти погибших в результате длительной российской оккупации;

– активное присвоение в городах и селах улицам, школам, скверам и паркам имен героически погибших грузин;

– объявление дней первой (8 января 1801 г.) и второй (25 февраля 1921 г.) оккупаций днями национальной скорби;

– приоритетное внимание для создания грузинскими историками, писателями, социологами, кинорежиссерами и журналистами исторических очерков, аналитических работ, документальных и художественных фильмов, в которых профессионально и с исторической объективностью будет передана трагедия российской оккупации на протяжении двух веков.

Про «историческую объективность» – это здорово. Наверняка отыщутся и очевидцы тех самых событий. Вот недавно Михаил Саакашвили заявил, что первые европейцы были родом из Грузии. Не иначе как они ему об этом сами рассказали: дескать, мы – не из какой-то там Армении или другого Закавказья, а конкретно уроженцы здешних мест. Если уж грузинским ученым удалось восстановить то, что произошло тысячелетия назад, то два столетия для них – буквально вчера. Даже я помню.

Как только пал Константинополь, Грузия оказалось абсолютно свободной от остального христианского мира: самолеты тогда не летали, а голубиная почта работала с перебоями (голубей перебили пограничники). Зато добрые соседи Турция и Иран с мусульманским милосердием взяли маленькую страну под свою опеку. Между прочим, новые друзья Грузии уже тогда глядели на перспективу и очень ревниво оберегали ее от контактов с варварской Россией. Собрался, к примеру, царь Вахтанг познакомиться с Петром I, а шах ему сразу мат объявил, и заодно – всему городу Тбилиси. В тот раз удалось удержать грузин от непоправимой ошибки.

Наши тоже хороши. По легенде, Петр I якобы указал в своем завещании: «Грузия несчастна, защищайте ее ради веры, пошлите ей войско». Однако мудрые придворные знали, насколько весело и привольно живется в Тбилиси и окрестностях. А «пошлешь войско» – сразу прослывешь оккупантом. Даже «провокации» Ираклия II, предлагавшего «дружить странами» и обещавшего за это своего сына в заложники, 70 копеек с каждого двора и по 14 «наилучших» лошадей, не смогли склонить россиян к «сожительству». Стойкость особенно впечатляет, если учесть еще 2000 ведер вина, которыми грузины обещали «проставляться» ежегодно при условии совместного хозяйствования. Однако язвенник граф Панин, в то время по совместительству возглавлявший общество трезвости «Ни капли в рот», написал по этому поводу: «Странные и совсем не по времени учиненные предложения».

Лишь Екатерина II, которая была без ума от грузинских красавцев, пообещала им в случае чего подставить свое хрупкое плечо, либо заслонить могучей грудью. А чтобы не опоздать (на свидание там, или войну какую), матушка затеяла строительство дороги, которую так и нарекли, без затей, – Военно-грузинская. Батоно не сразу просекли, что по той «кривой дорожке» оккупация-то и начнется. Но русские, как обычно, долго запрягали. Все это время грузины ссорились с вечно недовольными турками, неоднократно приезжали в Питер с цветами и мандаринами, намекая на «серьезные отношения». Потом уже говорили открытым текстом: «Царь Георгий XII усердно желает с потомством своим, духовенством, вельможами и со всем подвластным ему народом однажды навсегда принять подданство Российской империи, обещаясь свято исполнять все то, что исполняют россияне».

После ТАКОГО Александр I, как честный юноша, уже был просто обязан жени… оккупировать Грузию. Напрасно предупреждали его некие Воронцов и Кочубей: «Главное сейчас – не расширение империи, а внутреннее благоустройство. Единодушное желание грузинского народа тоже сомнительно, ибо каким образом мог выразить свое единодушие народ?» Но Александр I закусил удила, и в 1801 году случилось страшное: после ожесточенного отсутствия какого-либо сопротивления и героической просьбы о присоединении Грузия пала. На 200 лет страна поГРУЗИлась во мрак, который политолог Сергей Марков, с присущим ему цинизмом, охарактеризовал так: «После Георгиевского трактата Россия приняла к себе бедную страну, а из состава СССР Грузия вышла самой богатой республикой на постсоветском пространстве». Бог ему судья!