Как стало известно “Ъ”, вынесен первый оправдательный приговор участнику СВО, обвиняемому в убийстве сослуживца. Сержанта-контрактника Зайнди Такаева сначала признали невиновным присяжные, а затем уже судья Новочеркасского гарнизонного военного суда (ГВС) освободил его из-под стражи и предоставил военнослужащему право на реабилитацию. С решением, правда, не согласились прокуроры и представители потерпевшего — по их версии, на присяжных могло быть оказано давление.
По данным “Ъ”, шестеро присяжных Новочеркасского ГВС единогласно вынесли вердикт о невиновности 41-летнего контрактника из Чечни Зайнди Такаева в убийстве 20-летнего уроженца Дагестана Магомеда Шахбанова. 17 января судья Артем Каплунов на основании вердикта вынес оправдательный приговор, освободил фигуранта из-под стражи, а также признал за обвиняемым право на реабилитацию. Зайнди Такаев за свое полуторагодовое содержание под стражей может требовать от правоохранителей моральную и материальную компенсацию.
Стоит отметить, что представители потерпевшего Шахбанова и прокуратуры Южного военного округа (ЮВО) с решением суда не согласились, обратившись с жалобой и соответствующим надзорным представлением в апелляционную инстанцию — Южный окружной военный суд. Поводом для обращения стали процессуальные нарушения, допущенные, по версии оппонентов Зайнди Такаева, в гарнизонном суде. По мнению авторов жалобы, единогласное оправдательное решение могло быть принято присяжными из-за оказанного на них давления.
События, о которых шла речь в процессе, произошли 6 июня 2022 года во дворе многоэтажного жилого дома в городке Первомайск ЛНР. Вечером того дня там отдыхала компания молодых людей из военнослужащих-контрактников 163-го танкового полка, арендовавших квартиры в доме, и двух девушек из местных. По данным участников застолья, они расположились в стоящей во дворе беседке, чтобы пожарить шашлыки и выпить пива, а когда продукты и напитки кончились, стали расходиться. Вагиф Мирзоев, взяв свой автомат Калашникова и пистолет Макарова, отправился домой спать, невооруженный Магомед Дибиров пошел к своему автомобилю, а Зайнди Такаев — в туалет. Поскольку до стоявшей во дворе будки было всего несколько метров, свой автомат боец оставил в беседке.
Таким образом, в 21:30, как говорят отдыхавшие, за столом остались только 20-летние Анастасия, София и их ровесник, рядовой Магомед Шахбанов. В этот момент по ним и был открыт огонь.
Девушки, по их словам, успели спрятаться под стол, а их единственный спутник погиб — пуля пробила голову Магомеду Шахбанову навылет.
Как пояснил следствию водитель Зайнди Такаев, он, как старший и наиболее опытный военнослужащий в компании, сразу понял, что по беседке стреляют из соседних кустов. Сержант, участник СВО Такаев, награжденный медалью «За боевые отличия» за «умелые, инициативные и решительные действия при выполнении боевых задач», не растерялся и после застолья. По его словам, заскочив в беседку, он схватил свой стоявший у лавочки автомат и открыл ответный огонь в сторону кустов. Боец не видел нападавших из-за наступивших сумерек, но начатую атаку ему удалось отразить, после чего Зайнди Такаев вызвал на место происшествия двух своих соседей-врачей и военную полицию.
При этом свидетельницы-дамы изложили другую версию событий. По их словам, перед уходом домой боец Мирзоев оставил пистолет своему сослуживцу и соседу по квартире Такаеву и именно из этого оружия был убит рядовой Шахбанов.
Как утверждали девушки, «Зайнди встал из-за стола, подошел к Магомеду сзади, достал пистолет из левого кармана брюк и выстрелил ему в голову». «Увидев это, я и Соня спрятались под стол»,— заявила свидетель Анастасия.
Военнослужащие Мирзоев и Дибиров пояснили следствию, что у их товарищей Шахбанова и Такаева не было никаких поводов для вражды. По их данным, все участвовавшие в застолье мужчины знали друг друга еще со сборного пункта в Новочеркасске, они вместе отправились на СВО, а оказавшись в боевых условиях, поддерживали своих. При этом рядовой Шахбанов относился к сержанту с огромным уважением, поскольку тот был вдвое старше его и уже имел солидный боевой опыт. «Он рад был выполнить любой приказ Такаева»,— заявил один из свидетелей. Наконец, сам предполагаемый стрелок сказал по этому поводу так: «Я сто раз мог бы убить Магомеда в бою, но в этом не было никакого смысла».
Сотрудники военного следственного управления (ВСУ) СКР по ЮВО, возбудившие уголовное дело по факту убийства рядового Шахбанова (ч. 1 ст. 105 УК РФ), поверили все же девушкам. Сразу после стрельбы в беседке Зайнди Такаев был задержан военными полицейскими и отправлен под конвоем в Луганск. Еще через две недели его доставили в СИЗО Ростова-на Дону, обвинили в убийстве и взяли под арест по ходатайству военного следствия. Под стражей обвиняемый оставался вплоть до вынесения ему оправдательного приговора.
На решение присяжных, вероятно, повлияли оставшиеся в материалах дела противоречия и нестыковки.
Так, подсудимый утверждал, что вообще не держал в руках ПМ, из которого, по версии следствия, был застрелен Магомед Шахбанов. Владелец пистолета Мирзоев тоже заявил в суде, что ни на минуту не расставался со своим оружием. Наконец, даже государственное бюро судмедэкспертизы Ростовской области признало оставшиеся на рукоятке ПМ биологические следы «противоречивыми» и не позволяющими установить генетический профиль человека, державшего оружие в руках. В пользу подсудимого оказалось заключение специалиста 111-го Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны в Ростове-на-Дону Олега Виноградова. Изучив характер повреждений на теле жертвы, эксперт пришел к выводу о том, что выстрел в Магомеда Шахбанова был произведен с «неблизкого расстояния», а поразил его «ранящий снаряд диаметром 8 мм», что никак не соответствовало изложенной девушками версии о стрельбе в жертву из оружия калибра 9 мм. Наиболее вероятным орудием убийства эксперт Виноградов признал старую версию автомата АК-47 или снайперскую винтовку Драгунова калибром 7,62 мм, но такого вооружения ни у кого из участников застолья не было. Стоит отметить, что саму пулю, убившую контрактника Шахбанова, вообще не нашли.
Не очень убедительными, вероятно, показались присяжным и слова свидетельниц обвинения. По данным защиты Зайнди Такаева, девушки не могли объективно оценить ситуацию из-за своего юного возраста, пережитого стресса и алкогольного опьянения в момент совершенного преступления. «Девушки даже не скрывали, что не видели стрелка, а их мнения о возможной причастности к убийству Зайнди Такаева были основаны на "ощущениях и последующем анализе произошедшего"»,— говорил “Ъ” один из адвокатов. На этот раз комментировать вынесенный Новочеркасским ГВС приговор оба адвоката оправданного отказались. По их словам, решением они удовлетворены, однако следует дождаться, пока оно вступит в законную силу.
Сергей Машкин
