Наши торгаши возят в Польшу спирт в кульках и сигареты на скотче

Пункт пропуска на украинской стороне больше похож на магазин — будка, обитая белой вагонкой, с вертушкой. Здесь только паспортный контроль — что у тебя в сумке, никто не смотрит. Паспорта проверяют два пограничника. Вот только расшатанная вертушка стоит так, что двое человек должны проходить одновременно. Поэтому если одному уже отдали паспорт, и он пытается уйти, вертушка бьет сзади другого, который еще показывает документы.

ДВЕСТИ МЕТРОВ КОРИДОРА. Получив паспорт, попадаешь в коридор, обнесенный зеленой трехметровой сеткой. Спасибо, хоть без колючей проволоки, а то и так складывается ощущение, что мы на тюремной прогулке. Метров двести таким коридором — и мы у польского КПП. Здание выглядит солиднее, чем будка наших погранцов. Здесь даже бесплатные туалеты есть — когда стоишь в очереди несколько часов, это, согласитесь, важно. А вот на украинской стороне в уборную «за так» не пускают. Родная таможня берет за вход две гривни.

НА СВОИХ ЗАКРЫВАЮТ ГЛАЗА. Перед входом в помещение, где поляки проводят таможенный и паспортный контроль, нас вежливо пропускает вперед бабушка. Мол, идите, девочки, мне некуда спешить. Такая любезность насторожила женщину, идущую за нами. «Кто там из цельников?» — спросила она старушку («цельник» в переводе с польского — таможенник, а таможня — «изба цельна»). И тоже осталась подождать. В зоне таможенного контроля было заметно, что некоторые люди шли на досмотр только к определенному таможеннику. Когда «цельничка» проверяла польку, у той подскочила штанина и было заметно, что в носках сигареты. Сотрудница таможни сделала вид, что не видит их, хотя не заметить она не могла.

«НЭМА ПАПЭРОСУВ?». «Иле пани ма папэросув?», — спросил меня таможеник, когда я расстегивала замок сумки. Отвечаю, что сигарет нет. «Як, навэт нормы нэма?» — удивился поляк, но, поверив на слово, даже не стал смотреть в сумку (норма — это две пачки сигарет, бутылка водки и два литра пива, которые можно легально переносить через границу). «Таких, как ты, они не проверяют. Тех, кто носит сигареты, они знаю в лицо. Тут некоторые поляки успевают за день сбегать туда-назад по пять раз!» — объясняет мне Наталья из села Твиржа Мостиского района. Селянка ходит в Польшу минимум раз в неделю — перепродает там наши водку и сигареты, а покупает продукты. Мясо, сыр и даже молоко за границей — намного дешевле.

Сигареты и водку продают сразу же, как только заканчивается ограда КПП. Пачка нашей «Примы» тут стоит 5—6 злотых (около 15 грн, у нас — 6—7 грн), бутылка водки, независимо от марки — 10—12 злотых (30—36 грн). 40-градусную покупают в Шегинях только в одном магазине возле таможни — там она до сих пор стоит 16,75—17 гривен (во Львове «оковыта» дороже — 18—21 грн). Но разве много заработаешь на двух пачках сигарет?

Калымят на куреве. Фото: С. Глебовицкая

«Моя норма — пять пачек, — делится секретом Наталия. — Две пачки несу открыто, а три прячу. Страшно, конечно, но жить как-то надо, у меня трое сыновей. Некоторые поляки умудряются приносить сразу по 14 пачек — две несут в сумке, а остальные открывают и складывают сигареты в маленькие пакеты. Последние прячут под одеждой, приклеивая на тело скотчем. Правда, на такие подвиги идут, только когда на смене «свои» таможенники. Бывает, стоишь в очереди уже в таможенной зоне, а тут меняется смена. Сразу кто-то выходит на улицу, делая вид, что ему плохо, или телефон позвонил. Тогда начинаешь проверять свои карманы, капюшон, сумку, потому что люди, которые видят, что уже не смогут пронести все сигареты, начинают подкидывать их соседям».

СПИРТ В КУЛЬКАХ. Больше бутылки водки берут редко — сложно спрятать. А вот лет десять назад это был основной заработок. Как вспоминают старожилы челночного бизнеса, тогда несли не водку, а разбавленный спирт. Эту бурду наливали в полиэтиленовые кульки и прятали под одежду.

«Я тогда только начала ходить в Польшу, еще не умела нормально прятать. С перепуга вся вспотела, а от мокрого тела скотч отклеивается. И вот прямо перед таможенником у меня из-под одежды падает на пол кулек со спиртом и лопается, — вспоминает «мурашка» со стажем. — Хотелось провалиться сквозь землю. Но таможенник только посмеялся, мол, тут теперь так пахнет, что я не смогу работать, хоть ложись и слизывай. Сказал быстро все убрать, но рапорт не составил. Во второй половине 90-х в Польшу несли медь — заводы у нас почти не работали, и люди снимали с двигателей медные катушки. Правда, через границу носили их в основном мужчины. Простоять час в очереди, когда на тебе 10—15 кг меди, да еще не подать виду таможеннику, что тебе сложно двигаться, нелегко. Многие надорвали себе спины, зато построили виллы».

Глебовицкая София