Начальственная англофобия по-крымски

Председатель Госсовета Республики Крым Владимир Константинов предложил исключить английский язык из школьной программы.

«Языки — спорный вопрос для меня, очень спорный: зачем нам слепо идти по пути английского языка? Зачем учить то, что не надо, если человек не поедет никогда в Лондон? Тупое следование за чужой цивилизацией опасно. Мы делаем ребёнка заложником — он будет говорить, что я знаю английский, и мне интересно, какая она — Англия. Давайте изучать свои языки, развивать свои языки! Англичане воюют с нами тысячу лет, а мы продолжаем их изучать, тратим деньги на учителей, тратим время — а потом на историю времени не хватает», — цитирует спикера крымского парламента агентство ТАСС.

Конечно, насчёт тысячи лет глава Госсовета погорячился. В начале XI века жители британских островов если и воевали, то между собой — феодальные усобицы, понимаешь. И до тогдашних русских княжеств им было мало дела. Да и язык тогда назывался древнеанглийским и обладал совсем другим фонетическим строем, развитой падежной системой etc.

А в 1066 году нормандский герцог Вильгельм завоевал Англию, и более трёх веков после этого местная знать говорила по-французски. И уж точно островитянам тогда было не до Руси — первый интерес к ней появился лишь в середине XVI века.

Но, вероятно, Константинов как чуткий политик уловил, что сейчас «англосаксы» — распространённое ругательство, и в нашем народе популярна мысль, что, как всегда, «англичанка гадит». Тем более, что как посмотришь, допустим, на главу британского МИД Элизабет Трасс и послушаешь, что она говорит, то иной характеристики и не придумаешь.

А раз так, возникает мысль, то и к чёрту язык Элизабет Трасс и Бориса Джонсона.

Однако давно сказано: «Не судите опрометчиво».

Прежде всего есть такое понятие «койне», оно же «lingua franca». То есть, общий язык для всей ойкумены или для существенной её части. Или, по крайней мере, для сословий, вовлечённых в торговлю и иные сношения с иноплеменными. Без какого-то общепонятного для всех языка такие сношения затруднительны.

Нравится нам это или не нравится — мне скорее не нравится, я бы предпочёл немецкий или французский, а то и русский, но меня не спросили — таким койне является Basic English. Лишать себя такого инструмента неразумно. Просто надо относиться к нему прагматично — как к опорному костылю, не более того.

Тем более, что какой-нибудь турок, грек или араб, с которым порой приходится изъясняться на ломаном английском, тоже не испытывает к этому языку никакого особого благоговения.

Касательно же того, что ребёнок станет заложником английского языка и культуры, — это весьма сомнительно.

Все грезят о разном. Да и вообще:

«Кто видел Вену и Париж,

Венецию и Рим» —

того скорее прельстят своим очарованием эти города. Это относится и к тем, кто не видел, а только мечтает.

Наконец, давно замечено, что знание любого иностранного языка — хоть латинского, хоть суахили, хоть английского, хоть турецкого — полезно в том отношении, что изощряет ум.

И показывает, что мысль можно выражать на различных языках различным способом. «Математика уже тем полезна, что она ум в порядок приводит», тем же полезно и знание языков.

Любить же иностранный язык, например, английский, совсем не обязательно. Кто-нибудь любит эллипсы и трапеции? Нимало, он просто с ними приводит свой ум в порядок — и только.

Любить же надо свою страну и свой язык. И знание английского тут не помеха.

В отечественных войнах многие знали французский (в XIX веке) и немецкий язык (в XX веке). И это никак не мешало бить французов и немцев, когда они того заслуживали. Точно так же знание выражения "хау ду ю ду" не помешает при необходимости вломить по первое число народам, говорящим на английском языке.

И напрасно товарищ Константинов против того говорит.

Максим Соколов