Крымским правоохранителям не хватает квалификации для успешного расследования половых преступлений против детей, заявила в интервью «Лента.ру» российская общественница Анна Левченко, известная как охотница на педофилов.
«Летом вообще был эпикфейл: позвонила женщина из Симферополя и рассказала, что сына развращал учитель музыки, она пошла в полицию. В полиции не приняли заявления, но дали номер нашей горячей линии (мониторингового центра по выявлению опасного и запрещенного законодательством контента. – Ред.). Мы проконсультировали, но больше они не звонили. В Крыму вообще с расследованием таких дел всё очень сложно», – констатировала Левченко.
Причина такой ситуации в Крыму, по её мнению, в непростом переходном периоде с украинского законодательства на российское «на фоне дефицита квалифицированных кадров, а также высокого уровня коррупции».
«На высоких постах руководители сменились, а вот в первом звене, на уровне районного ОВД или обычного следственного отдела, люди остались те же», – сказала общественница.
Анна Левченко сообщила ForPost, что в 2017 году в мониторинговый центр поступило семь обращений от жителей разных городов Крыма: родственники потерпевших рассказывали о непристойных предложениях, интимных связях и развратных действиях взрослых по отношению к малолетним.
Некрымская проблема
По словам уполномоченного по правам детей в Республике Крым Ирины Клюевой, в последние несколько лет ситуация вокруг преступности против детей в регионе улучшилась.
«Я могу сказать, что, согласно нашей статистике (она ведётся три года), есть тенденция к уменьшению таких преступлений. Но всё равно она не может не вызывать беспокойства», – сказала ForPost Клюева.
Она отметила, что говорить о том, что в республике ситуация гораздо хуже, чем в других российских регионах, неправильно.
«Насилие взрослыми детей – это не крымское явление, это явление всероссийское. Поэтому неправильный посыл, что у нас нет профессиональных кадров <в правоохранительных органах> или это наследие Украины», – считает уполномоченный.
По словам Ирины Клюевой, к ней родственники детей, переживших насилие, иногда обращаются – «когда точно знают, но делают вид, что этого нет у них в семье». Подобные обращения она направляет в Следственный комитет.
«Большая часть преступлений совершается в семьях, к сожалению. Это тоже общероссийский факт. Иногда родственники, не веря в то, что выявлено такое преступление, обращаются с требованием справедливости – и все экспертизы, детекторы лжи, психологи, подтверждают слова ребёнка. Это самое страшное, на мой взгляд, – когда родители не верят своему ребёнку», – сказала уполномоченный по правам детей в Республике Крым.
Всё принимается и рассматривается
В главном следственном управлении Следственного комитета по Республике Крыма нам сообщили, что статистика раскрываемости преступлений против половой неприкосновенности детей в регионе за 2017 год сейчас составляется, и пообещали предоставить информацию после 20 января.
В ведомстве отметили, что абсолютно все заявления о преступлениях против детей в правоохранительных органах региона принимаются и рассматриваются – «не было прецедента, чтобы человек пришёл, обратился, а его отправили восвояси».
Статистика выросла
Компетентность и опытность сотрудников Следственного комитета в Крыму, расследующих преступления против половой неприкосновенности малолетних и несовершеннолетних, вряд ли связана с переходным периодом, поскольку большинство таких сотрудников – прикомандированные и лица, ранее работавшие в системе Следственного комитета в материковой России, считает адвокат Адвокатской палаты Республики Крым Ирина Чепинога.
«Есть определённые трудности у Следственного комитета, но они по всей стране есть, повышать уровень следствия всегда необходимо. Хочу отметить, что подавляющее большинство сотрудников Следственного комитета <в Крыму> крымчанами не являются, поэтому говорить о каком-то переходе и сложностях, связанных непосредственно с Крымом, мне кажется, не совсем корректно», – сказала Ирина Чепинога.
Она отметила, что после 2014 года в Крыму статистика преступлений против половой неприкосновенности детей значительно возросла, что связано с особенностями правовой системы российского государства.
«По сравнению с ранее существовавшей ситуацией в Украине, конечно же, составов преступлений, связанных с малолетними и несовершеннолетними, в российском правовом поле стало больше. И категорий дел в этом направлении стало больше.
Если сравнивать украинскую и российскую статистику, то преступлений такой направленности в Украине было меньше – хотя бы потому, что ювенальная юстиция была менее урегулирована, количество составов преступлений было меньше. То, что сейчас считается преступлением в отношении несовершеннолетнего, в Украине таковым не считалось», – сказала адвокат.
Ирина Чепинога добавила, что сегодня в практике Следственного комитета в Крыму нередки случаи, когда ранее приостановленные уголовные дела перепроверяются – и если не закончились сроки давности, то по этим делам завершается расследование и они передаются в суд.
«Нужно не забывать, что потерпевшими являются малолетние, их психологическое состояние не такое явное, как у взрослых людей. Как показывает практика, всегда проводится психологическая экспертиза потерпевших. Кроме того, дети склонны к фантазированию и к преувеличению того, что есть на самом деле. В этом сложность таких дел», – считает Ирина Чепинога.
Адвокат подчеркнула, что правоохранители в любом случае обязаны принять заявление от потерпевшей стороны и при необходимости перенаправить в компетентную структуру, что может затянуть проверку и расследование дела.
«Любое обращение граждан, поступающее в любой орган, должно быть принято. Другой вопрос – каким образом организовано делопроизводство. Допустим, человек обратился в полицию, а его дело находится в компетенции Следственного комитета: в этом случае заявление могут перенаправить по подследственности, но отказывать в принятии заявления правоохранители не имеют права», – подчеркнула адвокат.
Полина Ласькова
Фото likar.info, tengrinews.kz
Убивать на месте. И неча разговоры разговаривать.