Мэр Москвы Юрий Лужков, которому запрещен въезд на территорию Украины, продолжает бороться с украинской государственностью, находясь далеко за пределами Крыма.
Об этом пишет украиноязычное издание «Крымская светлица».
Издание поясняет, что речь идет о работе филиала МГУ в Севастополе.
«Можно уже Лужкова к нам не пускать, он уже все сделал: деньги на оснащение филиала, строительство общежитий и библиотек были брошены просто бешеные», – говорится в публикации.
«В Севастополе издается столько периодических изданий, которые дискредитируют государственное устройство Украины, президента, премьера, судебную систему, органы исполнительной власти, чиновников, назначенных президентом – что составить им конкуренцию не удастся еще много лет. За все годы независимости в городе не открыто ни одной газеты, которая укрепляла бы украинскую государственность – пусть даже она издавалась бы на русском языке. Говорят, выпускать такие издания невыгодно», – пишет «Светлица».
А Москве, продолжает газета, выгодно: в типографии «Флага Родины» на лучшем оборудовании, хорошей бумаге, в цвете печатаются десятки газет и бесплатно распространяются по городу. Их не счесть: «Колесо»,«Русичи»,«Вести»,«Российская община»,«Русская община», «Русский Севастополь»,«Русский блок Севастополя», «Русский выбор»,«Последний бастион», «Союз-инфо», «Черноморец».
«Чего там только нет! Карикатуры на первых особ страны, вылитая грязь на членов их семей, проклятья, насмешки, издевательство над языком, культурой и историей украинского народа. Насмешки над указами президента в отношении УПА, насмешки над Голодомором», – сетует «Светлица».
Стоит ли тогда удивляться коллегии Нацсовета по телерадиовещанию, сетует издание, что «полуостров пребывает под мощным информационным воздействием соседних стран, а на территории автономии проводятся информационно – технологические компании, которые дезинформируют общество, несут угрозу территориальной целостности страны». Спохватились, когда в городе давно уже господствуют российские СМИ!».
«Нужен, говоря языком нашего соседа, – заключает «Крымская светлица», – «осиновый кол тотального запрета».
