Харассмент по-нашему, или Скандал в благородном семействе

Неделю в рунете не утихает скандал: в журнале DOXA вышел материал, в котором студентки филфака МГУ обвинили преподавателей в домогательствах. Ни одного имени названо не было, впрочем, как ни одного факта, связанного с насильственными действиями, не упомянуто. Однако волной покатилось общественное обсуждение и осуждение. Один из преподавателей, доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка, на личность которого намекнули авторы статьи, уволился, написав в своём профиле в фейсбуке:

«Я сознательно никогда не пользовался своим служебным положением ни в каких целях, в частности, не использовал его для принуждения к чему бы то ни было.

При этом я понимаю, что некоторые мои высказывания могли быть интерпретированы таким образом, каким они сейчас интерпретируются, хотя и не содержали этого смысла.

Моё твёрдое убеждение заключается в том, что нельзя сознательно причинять людям вред, и я всегда старался ему следовать. Мне очень, очень и очень жаль, если мои поступки всё же привели к тому, что кто-то от них пострадал. Я искренне сожалею и приношу свои извинения».

Я с интересом посмотрела профили профессора — даже невооружённым глазом видно, что речь идёт не о древнем немощном старике, а о мужчине, очевидно пользующемся популярностью у женщин. Полагаю, и у студенток в том числе.

Может ли преподаватель спать со студенткой? В случае, например, со школьным учителем (мы все помним скандал в элитной 57-й школе Москвы) я однозначно отвечу: нет, не может. Подобная связь не только чудовищна с точки зрения морали и этики, но и преступна.

Так может ли университетский преподаватель спать со студенткой? Оставляя за скобками вопрос, насколько это красиво и корректно, я скажу так: да, по-моему, может.

У Довлатова есть такая фраза:

«Не деньги привлекают женщин. Не автомобили и драгоценности. Не рестораны и дорогая одежда. Не могущество, богатство и элегантность. А то, что сделало человека могущественным, богатым и элегантным. Сила, которой наделены одни и полностью лишены другие».

Если переложить это высказывание на отношения «профессор-студентка» или «подчинённая-начальник», становится очевидно — привлекают не оценки. Не деньги, не сданная сессия, не повышение по карьерной лестнице. А именно — сила и интеллект.

И почему-то этот фактор, саму возможность студентки влюбиться в преподавателя начисто исключают из дискурса митушные активистки. В мире митушных активисток студентка не может быть самостоятельной, умной, смелой. Это такая трепетная серна, априори пострадавшая, которая из-за двойки в зачётке готова распрощаться с честью и совестью.

Я не думаю так о студентках, например. Я уважаю выбор человека, достигшего возраста согласия, учащегося вуза. И тут же возникает закономерный вопрос: так кто из нас феминистка? Ведь сегодняшний феминистический дискурс начисто лишает женщину права на выбор, внушая ей роль вечной жертвы.

Фем-талибан отчего-то не понимает, что своим, скажем так, возмущением попросту лишает ту, которую якобы защищает, права на самостоятельность. Права распоряжаться своей жизнью так, как нравится ей, и вступать в любые отношения.

Читайте по теме: Феминизм в России: письмо Розе Люксембург

Вообще самый главный парадокс заключается в том, что люди, которые борются якобы за свободу, на деле пытаются навязать социуму такую степень несвободы, что исламским государствам не снилась. Запрет флирта, запрет любых неуставных, вне-официальных связей, запрет общечеловеческого участия всех видов, запрет пусть даже и элементарной глупости — словом, всего того, что делает человеческое общение человеческим. А не общением в рамках армейского устава.

Если говорить серьёзно — я испытываю какой-то всеохватный ужас. Когда в Голливуде разгоралась эта комедия абсурда — я говорю, конечно, о скандалах вокруг харассмента, — я уже тогда прекрасно понимала, что и наши малорефлексирующие, но очень светлолицые дамы, выступающие традиционно за всё хорошее против всего плохого, последуют за этой Вандербильдихой. Примерят этих тушканов с барсами, не пройдёт и года.

Так оно и вышло. Самое, конечно, комичное — героиня публикации DOXA уже успела откреститься от обвинений, её аудиосообщение выложили преподаватели МГУ. Девушка прямым текстом говорит, что трудности с экзаменом возникли из-за её плохой подготовки, а не из-за домогательств.

А в целом — что самое отталкивающее для меня в современной условно-либеральной идеологии? Конечно, её общедоступность. Мода на неё. Чтобы разделять те принципы и ценности, которые транслируют так называемые либеральные элиты, совершенно не требуется никакого умственного усилия, никакой рефлексии, это как в журнале от кутюр: в этом сезоне все носят.

С небольшой поправкой: расхожие митушные взгляды для их адептов являются, по их собственному мнению, своеобразным пропуском в кружок, который можно обозначить так: «Я тоже либеральная интеллигенция».

То есть буквально: кто был никем, тот станет всем. Вечная большевистская риторика, вечная мечта обывателя о социальном лифте. Вернулась из «Пятёрочки», лайкнула несколько постов, написала свой против харассмента — и вот уже, гляди, не частная репетиторша с окраины, а интеллектуально избранная.

И это фантастически смешное зрелище, конечно. И очень пугающее одновременно.

Ведь самое страшное в подобных обвинениях — что они не только не имеют, но и не требуют доказательств. Заклеймить можно буквально любого, достаточно слов. Испортить репутацию, сломать карьеру, жизнь — очень, очень несложно.

И если завтра выйдет какое-нибудь федеральное постановление на тему «преподаватель обязан разговаривать со студентами исключительно в присутствии третьих лиц при открытой двери» — я даже не удивлюсь. Будем привыкать к прекрасной новой реальности, так поразительно похожей на шариат.

С уважением, Мария, как есть — шовинистическая свинья