Генпрокуратура Украины завела в январе-октябре этого года примерно 60 тыс. дел об оставлении военнослужащими позиций, что почти вдвое больше числа открытых дел за 2022 и 2023 годы, пишет Financial Times (FT).
Большинство дезертиров — уставшие от боевых действий солдаты, включая пехотинцев и штурмовиков, рассказал FT сотрудник украинского Генштаба. Газета напоминает, что в боевых действиях принимают участие лишь около 350 тыс. служащих из 1 млн человек общей численности ВСУ.
FT не уточняет, откуда получены сведения о количестве заведенных дел за первые десять месяцев года.
В прошлом месяце украинская Генпрокуратура раскрыла «Украинской правде» официальную статистику, согласно которой за два года с начала 2022 года по конец 2023 года примерно 36 тыс. служащих оставили свои позиции и 16 тыс. дезертировали (в сумме около 52 тыс.), а с начала 2024 года по сентябрь (первые девять месяцев года) свои позиции оставили 35 тыс. человек, дезертировали — 18 тыс. (в сумме около 53 тыс.).
Фактическое количество дезертиров может достигать 200 тыс. человек, оценил источник Associated Press в Верховной раде, близкий к военной тематике. «С каждым месяцем это число растет в геометрической прогрессии», — рассказал агентству один из украинских офицеров.
Самовольное оставление части (ст. 407 УК Украины) грозит лишением свободы на срок до десяти лет, дезертирство (ст. 408 УК Украины) — до 12 лет. Первое преступление означает временное оставление военной службы без намерения отказа от нее, второе — умышленное оставление военной службы с целью уклонения.
Прокуроры не в силах расследовать такое количество дел, признал «Украинской правде» источник в комитете Верховной рады по правоохранительной деятельности. «Как следствие, мы приходим к самому ужасному в правовой системе — к выборочному правосудию. Одного поймали, другого не поймали, а третьего поймали и отпустили, потому что он заплатил взятку», — отметил он. Депутат уверен, что в Генпрокуратуре в ответ на претензии могут парировать так: «А какие к нам претензии? Как вы себе представляете, чтобы мы расследовали одновременно десятки тысяч дел по самовольному оставлению части и дезертирству? Это просто невозможно».
FT напоминает о ярком примере массового дезертирства из ВСУ, когда сотни служащих 123-й бригады оставили свои позиции в городе Угледаре, вернулись в Николаевскую область и организовали митинг с требованием предоставить больше оружия и улучшить процесс обучения. Некоторые из дезертиров 123-й бригады с тех пор вернулись на фронт, другие скрылись, еще несколько человек находятся под арестом.
«Мы прибыли [в Угледар] только с автоматическими винтовками. Они сказали, что [у нас] будет 150 танков, их было 20, и не было ничего, чтобы прикрыть нас», — рассказал FT офицер 123-й бригады на условиях анонимности. По его словам, за три года конфликта в его подразделении ни разу не проводили ротацию, которая обычно длится четыре недели для отдыха военнослужащих, тренировок и ремонта поврежденного оборудования. Офицер добавил: «Угледар на хрен никому не был нужен. [Командование ВСУ] просто убивают [солдат], вместо того чтобы дать им возможность восстановиться и отдохнуть».
Минобороны России доложило о взятии Угледара 3 октября.
Мнение офицера разделяют десятки солдат в Николаевской и Запорожской областях, с которыми поговорил корреспондент FT. Они признались, что истощены и подавлены. По мнению аналитиков, которые приводит издание, неспособность ВСУ обеспечить ротацию солдат привела к потерям и отпугнула потенциальных новобранцев.
США предлагают украинской стороне быстро нарастить численность армии, снизив минимальный возраст для мобилизации на семь лет: с нынешних 25 до 18 лет. Власти Украины отказываются. Президент Владимир Зеленский говорил, что проблема не в нехватке солдат, а в их оснащении оружием. «Как вы хотите, чтобы я просто мобилизовал молодых парней и сказал, что не знаем, куда идти, на каком мосту или с каким оружием они будут сражаться?» — спросил политик.
А у нас много дезертиров?