Украина: Возвращение блудного Коли

Свидомиты уже назначили экс-нардепа из Партии регионов на роль свадебного сепаратиста. Хотя Левченко, даже находясь в РФ, уверял в эфире политических ток-шоу, что он проукраинский политик. Но на украинской политической собачьей свадьбе давно уже полный комплект своих кобелей и сук. А со свадебными сепаратистами напряг. Поэтому общественность хочет видеть Николая Левченко именно в этом амплуа.

Конечно, у бывших соратников на него другие виды. Пока что одна из основных версий возвращения Левченко — его участие в новом политическом проекте.

Вряд ли кто-то всерьез воспринимает слова адвоката Олега Курчина о том, что его клиент приехал в Киев, чтоб получить денежную компенсацию с государства Украина. Левченко с адвокатским объединением «Курчин и партнеры» действительно выиграл иск против Украины в ЕСПЧ. И на самом деле все уголовные дела против него завершились  полным пшиком. Но с трудом верится в то, что Левченко явился на Украину ради компенсации в 1100 евро.

Малоизвестными политологами высказываются предположения, что Левченко востребован властями с тем же прицелом, что и судья Чаус: как важный свидетель против кого-то. Но это выглядит как чересчур комичная конспирология.

Против кого может свидетельствовать Левченко?! Против бывших коллег-регионалов? Так никто из бывших донецких нардепов не представляет никакой опасности для власти — разве что Ренат Кузьмин из ОПЗЖ периодически является возмутителем спокойствия. Против Порошенко? Маловероятно. Парад компроматов на Порошенко длится так долго, что давно стал «баяном». Бездарная власть способна и полноценный компромат превратить в фарс.

На днях Борис Колесников, экс-министр инфраструктуры и экс-вице-премьер, презентовал партию «Украина — наш дом». Ее поспешно прозвали «Партией регионов 2.0». И логично было бы ожидать, чтоб бывший руководитель Донецкой областной организации ПР Левченко примкнул к этой политической силе своего давнего соратника.

Но съезд новой партии показал, что с регионалами у нее мало общего. Разве что сам Колесников. Но он-то как раз декларирует, что ставка будет сделана на успешных профессионалов, которые сами сделали свой бизнес. То есть партия не замахивается на оппозиционность и не претендует на то, чтоб стать очередной выразительницей интересов Юго-востока.

Можно было бы допустить, что Левченко пригодится этой политической силе для баланса. Чтобы было кого предъявить и электорату контролируемой Украиной части Донбасса. Но, скорее всего, для новой колесниковской команды он — сбитый летчик.

Да и программные тезисы новой политсилы — подчеркнуто лоялистские: «Унитарная модель страны с передачей большинства функций из центра в регионы» и т.п. Если верить Порошенко, то децентрализацию он уже осуществил. «Где вам не хватает реформ?» Остается только унитарная модель.

Колесников ведь мог обойтись и обтекаемыми формулировками о продолжении децентрализации. Никто за язык не тянул. Но в программе партии и дальше настойчиво повторяется слово «унитарная». Чтоб никто не сомневался: того Колесникова, который после оранжевого майдана вещал о федерализации, вы уже не увидите.

И здесь Николай Левченко не очень уместен. Ведь уголовное дело против него заводилось в связи в его парламентским выступлением (в мае 2014 года), где прозвучали слова: «Выполнить все требования Юго-востока». А одним из главных требований была федерализация. И на этой, в общем-то, ноте Николай Левченко удалился из украинской политики. Процитированное выступление было предметом лингвистических экспертиз, заказанных СБУ.

Сейчас дела закрыты, у органов претензий нет. В марте 2021 года его сняли с розыска по письму СБУ. Хотя Генпрокуратура, Нацполиция и СБУ теперь кивают друг на друга: одни дело передали другим, те его закрыли, а третьи легализовали беглеца. Поэтому Левченко и появился в Киеве: поводить жалом, выяснить, насколько столица пригодна для спокойного проживания.

Но вернуться на Украину — не значит автоматически попасть в политический проект Колесникова, поборника унитаризма. Свидомиты будут припоминать Николаю Левченко именно его последнее громкое политическое заявление («выполнить все требования Юго-востока»), а партия ориентирована и на центр, и на запад Украины. С другой стороны, Левченко в конформистской партии Колесникова — лишнее напоминание жителям Юго-востока, что об их требованиях в этой среде уже никто не заикается.

Как ни крути, ахметовским лучше спихнуть туриста Колю в другой проект, о котором тоже поговаривают. Речь о политсиле, которую могут создать из остатков Оппоблока. Ахметову она интересна, чтоб получить дополнительное представительство в парламенте. Офису президента такая партия выгодна, чтоб подстричь рейтинг ОПЗЖ.

Неважно, кто замутит подобный проект — Вадим Новинский, или Евгений Мураев, или оба вместе. Но Левченко может быть востребован там.

Это, конечно, не означает, что такая партия станет своей для жителей Юго-востока. Люди уже насмотрелись на то, в какие корзины Ахметов раскладывал свои яйца в последние годы: Яценюк, Ляшко, Саакашвили, Смешко… Уже в глазах рябит от этого ЛГБТ-парада, от всех цветов радуги на ахметовском телеканале. Но Коля Левченко туда органично вписался бы.

Не стоит принимать на веру истерики свидомитов. Их неприязнь и претензии к Левченко вовсе не свидетельствуют о том, что он свой для жителей Юго-востока.

Еще раз припомним ту парламентскую речь, которую ему вменяли в вину украинские органы. Свидомитов возмутило, что Левченко предлагает сделать русский язык вторым государственным, выполнить требования Юго-востока. Но жителей Донбасса возмутило другое.

Можно допустить, что у Коли Левченко очко играло в тех условиях, поэтому приходилось страховать задницу и подбирать осторожные формулировки, чтоб не линчевали. Тогда действительно доставалось прямо в сессионном зале и ему, и Петру Симоненко.

Но вот уже наш герой переместился в Москву. В программе «Специальный корреспондент» (15 апреля 2015 года) Левченко заявляет, что он против того, чтоб вооруженных АТОшников называть карателями. Сочувствует «молодому солдатику» из батальона «Азов» как жертве пропаганды.

Это всё, что нам нужно знать о «двуствольном» политике Левченко.