Украина опозорилась в ООН грубой ложью о Крыме

Очередной беззастенчивой ложью об «оккупации» Крыма президент Украины Пётр Порошенко опозорил свою страну и заседание генеральной ассамблеи ООН. Он, выступая в среду перед представителями международного сообщества, заявил, что пять лет назад «Россия начала своё скрытное вооружённое вторжение на Украину в нарушение норм и устава ООН».

«Оккупация началась с печально известных маленьких зелёных человечков и бесстыдного и полного отрицания Кремлём своего военного участия в захвате украинского Крыма. Но миру и общественности скармливалась ложь о мифических отрядах самообороны, которая волшебным образом за одну ночь оказалась вооружена современнейшими образцами российского оружия. Только позднее российский президент публично признал, что это, действительно, была операция российских вооружённых сил», — завёл свою шарманку Порошенко.

Далее он, заливая ООН ложью о проведении общекрымского референдума 16 марта 2014 года «под дулами автоматов», который «был фальшивым», рассказал о своей поездке в Крым.

«Я сам был свидетелем, когда находился в Крыму в конце февраля 2014 года, — распинался президент Украины перед международным сообществом. — Подойдя к зданию парламента <Крыма>, чтобы поговорить и прекратить этот фарс, я своими глазами видел, что здание было окружено российскими военными».

Год назад Порошенко, как писал ForPost, также заявил, что в конце февраля 2014 был в Крыму, «чтобы показать пустой дом Верховного совета Крыма, где никто не голосовал за референдум».

«Многие события произошли после этого — первое, российская агрессия, которую они начали в день нашей победы на Майдане. 20-го (февраля — прим.) было первое голосование, убежал Янукович, и 20-го они начали подготовку к незаконной аннексии Крыма.

Я могу это утверждать наверняка, так как 27-28-го я был в Симферополе для того, чтобы показать пустой дом Верховного совета Крыма, где никто не голосовал за референдум», — сказал тогда Порошенко, которого цитировало агентство «УНН».

Как сегодня, так и тогда Порошенко лгал.

Первое решение о проведении референдума в Крыму 25 мая 2014 года Верховный совет Крыма принял 27 февраля. А сам Порошенко приехал в Крым только 28 февраля 2014 года.

Тогда его, ещё депутата Верховной рады Украины, под крики «Фашист!» и «Вон из Крыма!» погнали взашей по улицам Симферополя, ему пришлось спрятаться в машине такси и уехать от парламента Крыма, куда он так и не попал. Даже не смог подойти.

Второе решение о проведении 16 марта 2014 года общекрымского референдума, на который был вынесен вопрос о воссоединении с Россией, парламент Крыма и городской совет Севастополя приняли 6 марта.

Что касается российских военных, то президент России Владимир Путин рассказал журналисту Владимир Соловьёву, что принимая решения в 2014 году «я, конечно, на чашу весов должен был положить возвращение Крыма и возможные последствия, связанные с нашими отношениями со многими странами мира».

«Когда мы на одну чашу весов ставим судьбы миллионов — я хочу это подчеркнуть, миллионов — людей (а в Крыму проживает более двух миллионов человек, тем более, тех, которые хотят вернуться в Россию) и (на другую чашу — прим.) сложности в отношениях с другими странами, всё–таки первое, мне кажется, несопоставимо и важнее», — подчеркнул Путин.

Более того, российские военные обеспечили порядок и общественную безопасность в Крыму после обращения председателя правительства Крыма Сергея Аксёнова, сделанного 1 марта 2014 года, к Москве «об оказании содействия в обеспечении мира и спокойствия» в регионе.

«Риски заключались прежде всего в том, что угрозы в отношении русскоязычного населения были абсолютно конкретными и осязаемыми. Именно это побудило народ Крыма, граждан, которые там проживают, задуматься о своём будущем и обратиться к России за помощью. Но именно этим мы и руководствовались.

Я уже говорил <...>, что Россия никогда не планировала никаких аннексий и никаких военных действий в Крыму, никогда. Наоборот, мы исходили из того, что мы будем строить наши межгосударственные отношения с Украиной, исходя из сегодняшних геополитических реалий. Но мы также всегда думали и надеялись на то, что наши русские люди, русскоязычные граждане Украины будут проживать в комфортных для себя политических условиях, в комфортной обстановке и не будут никак притесняться, им не будут угрожать.

Вот когда возникла именно такая ситуация — ситуация с возможными угрозами и притеснениями, и когда народ Крыма начал говорить о том, что он стремится к самоопределению, тогда, конечно, мы и задумались о том, что нам делать. И именно тогда, а не какие-то там 5, 10, 20 лет назад было принято решение о том, чтобы поддержать крымчан.

Никто из членов совета безопасности, с которыми я обсуждал эту проблему, никто не возражал, все поддержали мою позицию. И мне очень приятно, даже более того, всё, что было изложено в качестве плана действий, всё было неукоснительно исполнено очень профессионально, быстро и решительно.

Наша задача заключалась не в том, чтобы действовать там, в полном смысле, вооружёнными силами, наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить безопасность граждан и благоприятные условия для их волеизъявления. Мы это и сделали. Но без позиции самих крымчан это было бы просто невозможно.

Более того, я вам скажу, что до последнего момента, просто до последнего дня я в той речи, которую потом произносил в Кремле, не писал последней фразы, а именно: вношу в Федеральное Собрание федеральный закон о присоединении Крыма, потому что я ждал результатов референдума. Одно дело — это социологические исследования, одно дело — настроения определённых групп, а другое дело — волеизъявление всех граждан этой территории в целом. Для меня очень важно было узнать, увидеть, каково же это волеизъявление.

И когда стало ясно, что явка составила 83%, что 96 с лишним процентов высказались за присоединение к Российской Федерации, стало очевидно, что это абсолютное, просто практически полное большинство, если не сказать, всё крымское население. В этих условиях поступить иначе мы не могли.

<...> я и не скрывал, что наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить условия для свободного волеизъявления крымчан. И поэтому мы должны были предпринять необходимые меры, чтобы события не развивались так, как они сегодня развиваются в юго-восточной части Украины: чтобы не было танков, чтобы не было боевых подразделений <украинских> националистов и людей с крайними взглядами, но хорошо вооружённых автоматическим оружием. Поэтому за спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие. Они действовали очень корректно, но, как я уже сказал, решительно и профессионально.

По-другому провести референдум открыто, честно, достойно и помочь людям выразить своё мнение было просто невозможно. Но всё-таки имейте в виду, что в Крыму находилось свыше 20 тысяч <украинских> военнослужащих, хорошо вооружённых. Там только одних <украинских> систем С-300 — 38 пусковых установок, и склады с вооружением, и эшелоны боеприпасов. Нужно было оградить людей даже от возможности применения этого оружия в отношении гражданских лиц», — рассказал президент России в апреле 2014 года.

Николай Сведски

Видео канала KRAVA DRON в Youtube, фото пресс-службы президента России