В 1945 году, когда пушки гремели всё ближе к Берлину и в конце концов загремели на его улицах, немецкие генералы не являлись на приём к Гитлеру в камуфляже. И они, и генералы СС, и партийные чиновники носили повседневную форму.
Точно так же и советские маршалы и генералы ни в 1941, ни в 1945 году не являлись к Сталину во фронтовых гимнастёрках – надевали мундиры повседневной формы.
Это естественно, человеку, не участвующему непосредственно в боевых действиях, камуфляж ни к чему. В современной российской армии, солдаты и офицеры, прибывающие с фронта в Кремль для получения заслуженных орденов из рук президента, одевают парадную форму: церемония-то праздничная.
Зато вся официальная Украина ходит в камуфляже. Так являются генералы к президенту в глубоком тылу. В камуфляж стремятся одеться чиновники военно-гражданских администраций. В чём-то грязно-зелёном, призванном имитировать фронтовую форму, ходят Зеленский и шеф его офиса Ермак. Более того, они так и за рубеж ездят и иностранных гостей принимают.
Очевидно пиарщики Зеленского считают, что таким образом они смогут убедить население в том, что глава государства и его ближайшие сотрудники несут тяготы и лишения наравне с отправляемым на фронт пушечным мясом. Западных же коллег Зеленского так предполагается усовестить. Вы, мол, крысы тыловые здесь прохлаждаетесь, в то время, как украинский президент постоянно находится на передовой. Так дайте хотя бы денег побольше и оружия.
На деле это выглядит смешно и грустно. Ни для кого не секрет, что лично Зеленский еще до своего президентства проигнорировал несколько повесток и на фронт отнюдь не спешил. Не секрет и то, что даже его вылеты за рубеж обеспечиваются и прикрываются авиацией НАТО, что все перемещения стараются сохранить в тайне, а охрана не отходит от Зеленского даже в глубоком бункере. Зеленский в воина рядится, но воином не является.
Однако стремление одеться в камуфляж не является просто безобидной шалостью не наигравшихся в детстве в войну чиновников. Оно отражается и на внутренней политике страны, на отношении к собственному населению. Если Россия стремится максимально оградить собственное население от дыхания боевых действий, сохранить в обществе ощущение мирного неба, то Украина, наоборот, постоянно разжигает милитаристский психоз. Войну буквально силой загоняют в каждый дом, каждого пытаются заставить почувствовать дыхание фронта.
Делается это умышленно. Таким образом в украинском обществе искусственно нагнетают русофобские настроения. Каждому внушают, что вот "пришёл Русский мир" и жизнь драматически изменилась, прежнее относительное благополучие кончилось – на каждом углу война и смерть и в этом "виновата" Россия.
С этой же целью втыкают государственные флаги в могилы на кладбищах. Это ведь формально противоречит попыткам украинского руководства скрыть катастрофические потери ВСУ. На деле один человек на одном кладбище никогда не увидит больше нескольких сотен, в крайнем случае пары тысяч флагов. Сосчитать по ним все потери невозможно, но масса их производит впечатление, ведь ими отмечены могилы тех, кто уже отдал жизнь в войне против России.
Основная цель переодевания страны в камуфляж – подчеркнуть страдания народа от войны. При этом между войной и Россией ставится знак равенства. Поскольку несмотря на репрессии и зомбирующую пропаганду, значительная часть украинского общества отказывалась видеть в России врага, украинская государственная пропаганда пытается разбудить архетипы, заложенные ещё в те времена, когда страна наша была единой. Всех учили, что страну надо защищать, что враг всегда коварен и злобен. Россию пытаются назначить агрессором и уравнять её с нацистской Германией. Украинская пропаганда пытается развернуть память об Отечественной войне наоборот.
Народ наш (в том числе и его отделившаяся с Украиной часть) настолько усвоил, что враг всегда фашист, что киевский нацистский режим вынужден публично отрицать свой нацистский характер. Отрицать несмотря на то, что его наиболее верные сторонники публично обряжаются в форму даже не вермахта, а ваффен СС, несмотря на то, что они чествуют в качестве национальных героев эсэсовцев дивизии "Галиция", а символика ВСУ стремится к копированию символики Третьего рейха.
Нациста Бандеру, гордившегося своим идеологическим родством с гитлеровским режимом, украинские власти провозглашают антифашистом, заявляют, что УПА воевала на два фронта (против Германии и СССР) и т.д.
В то же время, украинская пропаганда постоянно твердит о "фашистской России". Таким образом, украинцев пытаются убедить, что это они наследники победы 1945 года и что сейчас они ведут столь же справедливую войну, как и тогда. "Монументальная пропаганда" Киева также работает в этом направлении. Они не случайно, под предлогом "борьбы с коммунистической символикой", сносят памятники советским воинам, запрещают советские ордена, сажают в тюрьму за георгиевскую ленточку и даже на щит Родине-матери прицепили свой трезубец.
Те, кому сейчас тридцать, родились уже при Украине, а те, кому сорок, в момент провозглашения независимости были восьмилетними. Они не всегда замечают подмену символики. Им легче внушить, что напяливший нацистский мундир "патриот Украины" является антифашистом.
Но в российской армии сохранилось многое от советской символики, включая звёзды, как опознавательные знаки на технике. Если памятники героям Великой Отечественной останутся в неприкосновенности, для населения, в том числе и уже для родившихся в независимой Украине поколений, будет слишком очевидно, что это именно российская символика совпадает с антифашистской, а украинская почему-то стремится во всём копировать нацистскую.
Между тем, несмотря на то, что большинство украинцев готово считать себя не русскими, несмотря на то, что они готовы принять пещерную русофобию в качестве государствообразующего начала, с нацистами это большинство пока себя ассоциировать не готово. Они всё ещё хотят считать, что их дело правое и фашисты не они, а их враги. Архетипы Великой Отечественной слишком глубоко внедрились в общественное сознание и изжить их не так просто. Поэтому украинские власти пытаются их извратить.
В результате получается камуфлированная страна, которая пытается казаться не тем, чем она является на самом деле. Кресты на технике, нацистские флаги на позициях, татуированные свастики на теле, но "где вы видели нацистов?" Яростное отрицание очевидного – попытка сохранить душевный комфорт в условиях, когда открыто выступить против нацистского режима страшно, а признаться себе, что находишься в одной лодке с нацистами невозможно.
Камуфлированные украинские генералы и политики вваливаются в таком непотребном виде не только в западные гостиные, но и в душу каждого украинца, принуждая его принимать камуфляж за реальность. В конечном итоге это ведёт к раздвоению сознания. Поэтому объективные наблюдатели и удивляются шизоидному поведению украинцев, как в собственной стране, так и за её пределами. Они как будто стремятся к самоаннигиляции: выступают с идиотскими инвективами в адрес помогающего им Запада, пытаются диктовать свои условия в приютивших их странах, уверены, что их наполовину уничтоженная армия всё равно победит Россию.
Безобидные вроде бы игры в камуфлированных политиков, в конечном итоге вызвали камуфлирование страны и даже общественного сознания. Но шизоидное общество долго существовать не может, как ни камуфлируй его шизоидность. Потому-то главным культом независимой Украины является культ смерти. Иного итога у этого эксперимента быть не может.
Ростислав Ищенко
Согласно её гимна...