Нередко на этих страницах мы излагали точку зрения французской прессы о событиях в нашей стране – чаще всего, сопровождая такой обзор печати нелестными комментариями в адрес мнимых европейских экспертов, создающих в кривом зеркале своих анализов далёкое от истины представление о России и Украине.
Но честно ли бить в одни ворота? Дабы обеспечить нашим иностранным коллегам право ответа, а Вам – нечто вроде общения с ними, нет ничего лучше откровенного разговора. Из серии бесед с французскими журналистами, первая – не с чеховским «глупым французом», а с человеком, решительно покинувшим мир кривых зеркал западных СМИ. Знакомьтесь.
Жан-Луи Андре – французский писатель, журналист и режиссёр-документалист. Поводом нашей встречи стала его последняя книга, изданная в Париже в конце февраля: «La passion de ... l’Ukraine» (Страсть по Украине). С упомянутым чеховским персонажем его связывает разве что первоначальный интерес к славянской кухне:
Ж-Л. А.: Я открыл для себя Украину после распада Советского Союза, когда работал в гастрономическом журнале «Saveurs». Приехал изначально пробовать борщи-пельмени, а в итоге овладел русским языком и с тех пор регулярно возвращаюсь в страну в рамках разнообразных проектов и всегда с одинаковым удовольствием.
Последним моим путешествием стали съёмки поставленного мною фильма о французских земледельцах, которые устроили своё хозяйство в Сумской области. Будучи членами крупнейшего в Европе зернового кооператива («Злаки Шампани»), они выкупили земли нескольких бывших колхозов – по 4-
Конечно, несмотря на слёзы умиления, нельзя забывать, что речь идёт о некоторой форме колонизации, и жестокая ирония судьбы – в том, что навязанное, а потом разорившееся колхозное хозяйство становится удачей западных землевладельцев. Фильм (52 мин.) скоро выйдет на государственном канале France 3, а со временем, возможно, и на большом экране – в развёрнутой своей версии. Помнится, в моём багаже во время съёмок был фильм А. Довженко «Земля». Однажды я устроил «киновечер» с этой картиной, пригласил мэра Глухова, в районе которого французы выкупили землю. Я очень люблю этот фильм, а вот мэр просто рыдал. Оказалось, что он знал Довженко, который был родом из одного с ним села в Глуховском районе. Я и не подозревал, что оказался в родных местах моего любимого режиссёра.
В.В.: Ваша книга – не только о золотых украинских нивах. Вы упоминаете и о нелицеприятных сторонах современной Украины.
Ж-Л. А.: Разумеется. И не просто о нелицеприятных, а о гнусных и ненавистных. Когда я вижу, как Ющенко почитает память Петлюры или Бандеры с Шухевичем, это неминуемо вызывает отвращение. Нельзя забывать, что западные националисты мечтали быть сателлитами Гитлера и жить в маленькой нацистской республике бок о бок с Третьим Рейхом. Сегодня они становятся героями, СС-Галичина безнаказанно демонстрирует свою приверженность к прошлому, и это не может не вызвать тревоги.
В.В.: Почему Европа закрывает глаза на возрождение украинских и прибалтийских неонацистских движений?
Ж-Л. А.: Наша пресса с головой ушла в холодную войну и никак не выйдет оттуда. Она мыслит противостоянием: с одной стороны злой отравитель Путин, с другой – её жертвы. Украинское руководство уловило это и сегодня очень умело играет свою роль жертвы русского империализма. Всё, что противостоит последнему, не может подвергнуться осуждению. СМИ сделали из России настоящее пугало. Вообще, сказать в прессе что-либо объективно позитивное о путинской России – сегодня немыслимо.
В.В.: Это ли не цензура и пропаганда, которыми раньше попрекали СССР, а сегодня Россию?
Ж-Л. А.: У нас это называют pensée unique – единомыслие, приверженность к одной идеологии. Настоящая болезнь журналистики. Такая форма цензуры обходится без физического давления и насилия, которое наблюдается в России, однако результат одинаково гнетущий. Взять разве мою книгу об Украине: я не защищаю в ней никаких позиций, просто рассказываю о том, что видел и знаю. Многие упомянутые мной факты (которые обыкновенно добровольно замалчиваются), конечно, не входили в рамки схематично положительного представления о стране.
Среди прочего, я, например, напоминаю, что у обожествляемой на Западе Юлии Тимошенко, как говорится «рыло в пушку» в газовых махинациях, что до того, как она встала на «защиту демократии», она была настоящим олигархом. В итоге, на книгу не вышло ни одной рецензии в прессе. За всю мою карьеру я написал около двадцати книг, но в такой вакуум мои работы ещё никогда не попадали.
Другой личный пример: пять лет назад я предложил одному французскому телеканалу проект фильма «Что осталось от СССР?», в котором хотел рассказать об уникальном уровне образования, о системе здравоохранении в Союзе – словом, объяснить, что страна не была одним большим Гулагом, как это рисуют у нас. Мне вежливо ответили, что сама мысль отыскать хорошие аспекты в коммунистическом режиме – безумие.
В.В.: Глава Вашей книги, посвящённая Крыму, называется «Случится ли Крымская война?» Каков ваш ответ на этот вопрос?
Ж-Л. А.: Думаю, что главное богатство Украины в её двойственности: она не совсем Европа, и не совсем Россия. Столкновение случится в случае радикального выбора между Западом и Востоком. Европейские руководители, в отличие от западной прессы, отлично понимают сложность внутренней ситуации Украины, и мне кажется, что они не допустят накала страстей в связи с продвижением НАТО к границам России.
Что касается Крыма, то во время моих посещений полуострова, я наблюдал больше миролюбивых настроений, чем воинственных. Я полностью отдаю себе отчёт в языковой проблеме, но хочется верить, что когда-нибудь Украина придёт к цивилизованному билингвизму – такому, как в Канаде или Швейцарии, например. Однако это предполагает определённые усилия и со стороны русскоязычного населения, чьё незнание украинского языка в государстве Украина может законно шокировать.
На следующей неделе – разговор с Михаэлем Празаном, автором нашумевшей статьи об участии западных украинцев в Холокосте: «Украина – европейское государство? Вряд ли».
Вера Вавилова, Париж, специально для ForPost
Уважаемые читатели, комментаторы портала ForPost!
C 22.00 до 8.00 на нашем сайте действует ночной "режим тишины": в этот период публикация комментариев невозможна.