Общественник Григорий Донец вместе с другими борцами за защиту объектов культурного наследия Севастополя проинспектировал объекты культуры и истории входящие в состав музея-заповедника «Херсонес Таврический». Вывод, который сделал один из самых известных активистов города-героя, печален. Для нашей власти на первом месте – реализация ФЦП, а всё остальное – подождёт.
Тему защиты культурного наследия на своей странице в facebook продолжил журналист Дмитрий Осипенко. Страшную вещь, товарищи, он нам сообщил. А именно: охранную зону мемориального Братского кладбища на Северной стороне, по его словам, превратили в зону отвала строительного мусора. Ну, вы же помните вывод Донца: на первом месте – выполнение ФЦП.
Вид на Севастополь с моря, тоже, с недавних пор, является предметом охраны исторического поселения федерального значения. И вот, его начали приводить в божеский вид. Считай, есть попытки стать на путь праведника, и всё-таки сохранить для потомков всё прекрасное, что создали предки.
А писатель Платон Беседин поймал волну хайпа. Он решил написать о Насте Рыбке. Говорит, что из-за неё нам всем, то есть жителям Севастополя, могут запретить сервисы YouTube и Instagram. Но это мелочи. Публицист нашёл причину, почему тысячи девушек по всей России хотели (или хотят) стать Рыбками…
Хорошо, что нежный возраст у наших людей пока ещё не ассоциируется с такими Рыбками. Вот историк Игорь Азаров на своей странице в facebook вспомнил прекрасного актёра Дмитрия Соловьёва, ушёдшего от нас в 43-летнем возрасте. Многие помнят его блистательную работу в картине «Нежный возраст».
Завершим обзор соцсетей Севастополя сообщением от горожанки Валентины Лаго. Она узнала, что именно начали добавлять в отечественную колбасу. Новшество появилось в колбасных изделиях с целью протестировать её на животных. Ну а чем мы не животные?
Павел Истомин
Правильно говорит Григорий Григорьевич про ситуацию вокруг ФЦП! Но это не вчера сложившаяся ситуация в городе-герое, когда имея под боком специалистов, которые могли бы подсказать властям как сохранить историческое и природное наследие, решения принимаются наугад или по желанию строительных элит. На фоне уже реализуемых проектов в прибрежной зоне ситуация с садиком кажется детским лепетом. В голове не укладывается, как можно разрешить вырубать деревья и вести строительство в районе Георгиевского монастыря? Почему такая радость в репортажах корреспондентов все ТВ-каналов по поводу уничтожения ландшафтов Немецкой балки? Почему не вели мониторинг бухты Ласпи и позволили засыпать полакватории? Зачем посреди природного лесного массива вести трассу и вкладывать огромные государственные деньги на этот осложнённый рельефом объект (и при этом рушить Немецкую балку). Почему продолжает застраивается прибрежная зона - море деградирует на глазах. Почему вопреки рекомендациям ученых « чистят» реки от растений (да, с такой формулировкой! ), а по сути добывают строительный материал и уничтожают все живое? Почему не реализуется проект «Зелёный щит», а, наоборот, оставшиеся парки застраивают, пусть даже детскими и спортивными площадками. Но они, площадки, не вырабатывают кислород! И далее,далее,далее..
Как же восстановить эту прерванную связь между Правительством и специалистами города?
Если колбасу проверять на кошках, она д.б. вонючая, как "китекэт". Они еще рыбку любят, а не мышей. Мышей они ловят, но всегда едят. Так, что эта новость чушь.
to Мила5377:
Полагаю, что это не новость, а юмор
Следует запретить интернет- ибо он ведёт к гражданской войне в России. Гражданская война - хуже запрета Интернета. Разрешить пользование Интернетом только для научных целей и то со спецпомещений под контролем ФСБ. По мнению Бенкендорфа, "чины, кресты, благодарности служат для офицеров лучшим поощрением, нежели денежные награждения", но для тайных агентов они "не имеют такого значения, и они нередко служат шпионами за и против правительства".
Понимая, что предлагаемая им система сыска не может иметь популярности, Бенкендорф отмечал: "Полиция эта должна употребить все возможные старания, чтобы приобрести нравственную силу, которая, во всяком случае, служит лучшей гарантией успеха".
Первое и важнейшее впечатление, произведенное ею, считал он, будет зависеть от выбора министра и от организации самого министерства. К этому начальнику, продолжал он, стекались бы сведения от всех жандармских офицеров, рассеянных во всех городах России и во всех частях войск.
"Это дало бы возможность заместить на эти места людей честных и способных, которые брезгуют ролью таких шпионов, но, нося мундир, как чиновники правительства считают долгом ревностно исполнять эту обязанность".