Ежедневная аудитория мессенджера «Макс» в октябре текущего года превысила 90 млн, а число ежемесячных пользователей приблизилось к 110 млн. Соответствующие данные приводятся в презентации платформы VK, которая впервые официально раскрыла статистику по «национальному мессенджеру».
Подобные данные лишь дополнительно утвердили «Макс» в качестве самого популярного мессенджера России, поскольку о лидерстве отечественной платформы в сегменте впервые заявили ещё полгода назад.
В мае 2026-го исследовательская компания Mediascope оценивала месячную аудиторию «Макса» в 86 млн пользователей, что было на 10 млн больше, чем у Telegram и на 23 млн больше, чем у WhatsApp*. При этом по суточной аудитории отрыв был ещё больше — с показателем в 69 млн пользователей в день «Макс» примерно в два и три раза превосходил ближайших конкурентов, чья работоспособность к тому моменту, правда, уже была существенно ограничена.
На этом фоне ForPost вместе с экспертами разобрал, каким образом российский сервис так быстро завоевал лидерство, кто является его целевой аудиторией и как платформу оценивают сами пользователи.
«Макс» изнутри
Несмотря на то, что с момента официального запуска российского мессенджера, который на старте имел название Max (латинскими буквами), прошло более полутора лет, он всё ещё не выглядит как законченный и готовый продукт, отметила в комментарии ForPost администратор одного из каналов в «Максе».
«Мессенджер до сих пор активно дорабатывают (обновления случаются пару раз в неделю, иногда чуть реже) и функции каналам добавляют постепенно. На практике это означает, что, например, каким-то каналам уже стала доступна функция опросов, а тебе ещё нет. То же самое было с комментариями», — делится собеседница издания.
По функционалу платформа по-прежнему уступает Telegram — на ней, например, нет возможности купить или создать собственные эмодзи, чтобы использовать логотип компании непосредственно в тексте. Отдельные сложности, по словам нашей собеседницы, связаны с модерацией и поиском информации по ключевым словам как внутри одного канала, так и по всем подпискам.
«Но если бы условная подруга-блогер спросила меня, стоит ли ей заводить канал в “Максе”, я бы, наверное, посоветовала заводить. Поскольку аудитория там уже есть, больше всего она напоминает тусовку “Одноклассников”. По моим личным ощущениям — аудитория это преимущественно женская, возрастом около 50 лет, при этом гораздо более активная по сравнению с Telegram и более бескомпромиссная что ли», — делится администратор канала.
Однако завести полноценный канал в «Максе» по-прежнему не так просто, уточняет собеседница ForPost. Если приватный канал, который не будет виден в общем поиске и будет доступен лишь по прямой ссылке, может завести любой пользователь, то создание публичного доступно только госорганизациям, юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, а также блогерам с аудиторией свыше 10 тысяч человек, зарегистрированным в Роскомнадзоре.
На практике это означает, что условный организатор книжного клуба, оформивший юрлицо или ИП, может завести публичный канал в «Максе», чтобы рассказывать в нём о предстоящих мероприятиях и расширять клиентскую базу, а вот начинающий блогер, не имеющий на других платформах 10 тысяч подписчиков и не зарегистрировавшийся в РКН, сделать это не сможет.
С одной стороны, подобные правила как будто добавляют ответственности и безопасности. Однако, с другой, являются барьером как для развития авторов, так и самой площадки.
Как начинал «Макс»
«Запуск “Макса” многим запомнился странной рекламой о том, что он “ловит даже на парковке”. В чём тут преимущество конкретного продукта, осталось неясно, ведь это вопрос мобильной связи и её покрытия. Если я зайду в подземный переход или на ту же подземную парковку, где связи нет в принципе, у меня никакой мессенджер не сработает. Вообще моя личная теория, что этот слоган был сгенерирован искусственным интеллектом, потому что реальные люди так не говорят», — поделился мнением с ForPost специалист из сферы рекламы Ярослав Павлив.
Комментируя дальнейшие ролики «Макса», собеседник издания выделил более и менее удачные примеры. В одном случае на видео были одновременно показаны молодые, взрослые и пожилые люди, то есть сразу все потенциальные категории пользователей, и так, по словам представителя рекламного рынка, делать вообще-то не принято.
«К примеру, Coca Cola и Pepsi — продукты не для всех. Coca Cola позиционируется как семейный продукт, а Pepsi — как молодёжный. Если же вы хотите попасть сразу во всех, то вы не попадаете ни в кого», — объясняет Ярослав Павлив.
В качестве более удачного примера он привёл ролик, в котором показано, что с помощью мессенджера можно удостоверять свою личность, например, на кассе магазина или проходной университета. В случае с «Максом» это действительно уникальное торговое предложение, отличающее его от конкурентов.
Но, строго говоря, реальных конкурентов в сегменте платформа сейчас не имеет, и это, по мнению собеседника ForPost, главная проблема. На фоне блокировок и замедления зарубежных сервисов, а также усиленного внедрения российского мессенджера в самые разные сферы, «Макс» может восприниматься не как лучший, а, скорее, как безальтернативный продукт, и изменить это ощущение будет сложно.
«Если помните, старт “Вкусно — и точка” на месте ушедшего из России McDonald’s тоже был, мягко говоря, непростым — многие критиковали и их новое название, и логотип. Но в отличие от “Макса”, сеть уже имела понятную целевую аудиторию и хороший продукт», — проводит параллель представитель сферы рекламы.
С одной стороны, компании удалось сохранить качество (бургеры, конечно, поменяли названия, но остались такими же, обслуживание — быстрым, а туалеты — чистыми). С другой стороны, через активную рекламную кампанию со множеством коллабораций сеть преодолела стартовые репутационные трудности.
«Люди продолжают к ним ходить, то есть компания не проиграла в честной конкурентной борьбе даже при наличии таких сильных игроков как Burger King и “Ростикс” (бывший KFC — прим. ForPost)», — обращает внимание Ярослав Павлив.
Как «Макс» стал главным мессенджером
В схожем ключе в комментарии ForPost высказывается основатель компании Starets, независимый эксперт по кибербезопасности Александр Алексеев. Беспристрастно оценивать «Макс» в отрыве от контекста ситуации с другими мессенджерами довольно сложно, признаёт он.
«Я смотрю на это как на гонку трёх лыжников, в которой один свободно бежит в полной экипировке, а двое других — без палок или с кандалами на ногах. Если в таких условиях первый лыжник оказывается впереди, то чего стоит его победа? Едва ли это будет воспринято с восторгом аудиторией, а ведь именно так сейчас выглядит гонка трёх мессенджеров», — делится мнением собеседник издания.
Подобное положение дел, по его словам, вредит самому «Максу». Во-первых, платформа, находящаяся вне конкурентного поля, не имеет стимулов для развития. Во-вторых, она не получает адекватного отклика от пользователей, которые бы самостоятельно выбирали продукт из-за его преимуществ.
«Я не испытываю к “Максу” какого-то строгого негатива и прочего, мне его в определённой степени жалко. Потому что в целом продукт-то рабочий, у него есть огрехи, но есть и свои рабочие фишки. Проблема в том, что его навязывают, а это всегда вызывает отторжение и усугубляет жизнь продукта вне зависимости от его качества», — говорит представитель сферы IT с опытом разработки и запуска мессенджеров.
Аудиторию «Макса», по мнению Александра Алексеева, можно разделить на две основных категории. С одной стороны, на тех, кто действительно полноценно перешёл в мессенджер на фоне проблем с остальными сервисами. С другой стороны, на тех, кто пользуются им лишь периодически или по необходимости — чтобы связаться с одним-двумя контактами из телефонной книжки, проверить информацию в чате детсада, а также в случае отключений мобильного интернета и запуска «белых списков».
«Рассмотрим в качестве пользователей мою жену или детей — у них тоже есть “Макс”, но есть он только из-за бабушки, у которой нет других мессенджеров. Вот они открывают вечером “Макс”, видят, что бабушка ничего не написала, то же самое на следующий день. В конце недели, если что, зайдут и напишут сами. Вот они пользователи или нет? Они его открывают? Открывают. Просматривают? Просматривают. Пользуются? Вообще-то нет», — отмечает собеседник ForPost.
Таким образом можно рассматривать и приведённые данные по суточной аудитории «Макса» — важно понимать методику подсчёта, обращает внимание эксперт, проводя параллель с просмотрами видео. Какие-то платформы их могут засчитывать при условии, что ролик просмотрели хотя бы наполовину, а какие-то учесть просмотр, даже если видео запустилось в ленте автоматически и лишь на пару секунд.
Перспективы мессенджера «Макс»
Что касается будущего платформы, то существенного роста количества пользователей в будущем Александр Алексеев скорее не ожидает. Кто решил установить «Макс» — уже сделал это, а кто до сих пор этого не сделал — вряд ли изменит решение, считает эксперт.
«В своё время я пользовался одним приложением — оно полностью меня устраивало в своём бесплатном функционале, но я настолько был благодарен разработчику, сделавшему продукт, который был на голову выше всех остальных, что купил и себе, и жене профессиональную версию, хотя расширенный функционал мне был в принципе не нужен. Вот с “Максом” подобную ситуацию представить сложно даже в случае появления потенциально полезных, но платных функций», — отмечает собеседник ForPost.
При этом дальнейший рост доходов российской платформы Александр Алексеев считает вполне вероятным. На ней действительно есть определённая аудитория, на которую можно продавать рекламу, пусть речь и будет идти не о каких-то премиальных вещах в виде квартир или машин, а о товарах широкого потребления.
Схожим образом финансовые перспективы «Макса» комментирует руководитель департамента по работе с состоятельными клиентами «Тринфико Private» Кирилл Упатов. Основной вопрос заключается в том, насколько эффективно платформа сможет конвертировать собранную пользовательскую базу в прибыль, отметил эксперт в комментарии Forbes.
Андрей Гринев
*WhatsApp принадлежит корпорации Meta, которая признана в РФ экстремистской и запрещена.
