Адмирал, который выбрал совесть: Грейг и «чумной бунт» в Севастополе

6 сентября исполняется 251 год со дня рождения адмирала Алексея Самуиловича Грейга — главного командира Черноморского флота, генерал-губернатора Николаева и Севастополя. Обычно в этот день вспоминают его заслуги перед флотом, строительство кораблей, открытие порта, водопровода, Морской библиотеки. Но есть в биографии адмирала страница, которую долго замалчивали — а если и вспоминали, то в искажённом виде. Речь о севастопольском «чумном бунте» 1830 года.

В советское время, в рамках борьбы с «космополитизмом», Грейга — шотландца по рождению — объявили чуть ли не главным виновником кровавой расправы над бунтовщиками. На самом деле всё было ровно наоборот. Адмирал стал единственным высокопоставленным чиновником, который попытался защитить горожан от произвола власти. И за это поплатился карьерой.

Как чума и голод привели к бунту в Севастополе в 1830 году

После Русско-турецкой войны 1828–1829 годов в Севастополь вместе с пленными пришла чума. Грейг, как главный командир флота, ввёл жёсткие карантинные меры — суда выдерживали в Карантинной бухте, а позже оцепили и Южную бухту. Но эпидемия носила эпизодический характер, и адмирал считал, что ситуация под контролем.

Однако генерал-губернатор Новороссии граф Воронцов распорядился ввести всеобщее оцепление всего Севастополя и Крыма. Грейг считал эти меры избыточными, но гражданские власти подчинялись губернатору. С 10 марта 1830 года город закрыли.

И вот тут начался настоящий кошмар. Так описывает ситуацию в своей книге «Алексей Самуилович Грейг» Юрий Крючков:

«Введение жёстких карантинных мер привело к ограничению перемещений жителей, конфискации и сжиганию продуктов питания и товаров. Семьи рядовых матросов и унтер-офицеров, живших на Корабельной слободке, у которых значительным подспорьем были личные сады и огороды и мелочная торговля, лишились средств к существованию, начали голодать. Пользуясь неограниченными правами, гражданские власти, полиция и медицинские чиновники занялись злоупотреблениями».

Людей оставили без еды и денег. Чиновники врывались в дома, грабили, конфисковывали последнее. Доходило до убийств. Адмирал видел это, но гражданские власти ему не подчинялись.

Три дня восстания: почему адмирал Грейг вышел к бунтовщикам

Жители Корабельной слободки несколько раз обращались к властям с просьбой снять ограничения. Им не ответили. Тогда терпение лопнуло: 3 июня 1830 года начался бунт.

«В ярости матросы и жители города убили севастопольского губернатора генерала Столыпина и ряд других лиц, разгромили и разграбили множество домов чиновников и флотских офицеров. Несколько дней (с 3 по 7 июня) город находился в руках бунтовщиков», — пишет Крючков.

Грейг в это время находился в Николаеве. Узнав о случившемся, он немедленно прибыл в Севастополь. И поступил так, как в ту эпоху не поступал практически никто из высоких сановников: он вышел к бунтовщикам и заговорил с ними как с людьми.

Адмирал призвал прекратить бессмысленные убийства, вернуться к нормальной жизни. Но всё же потребовал выдать зачинщиков — как велел закон, а остальным пообещал помилование. Бунт, вспыхнувший стихийно, затих. Грейг создал комиссию, которая выслушала показания жителей и моряков. И выяснилась страшная правда: люди пошли на бунт не от хорошей жизни, а от безысходности. Причина — злоупотребления чиновников, которые прикрывались карантинными полномочиями и творили произвол.

Это был редчайший случай в истории царской России, когда высокопоставленный чиновник встал на сторону восставших против системы.

Как Николай I наказал участников бунта

Но тут в Севастополь прибыл Воронцов. Он не захотел признавать, что его чиновники творили беззакония. Комиссию Грейга распустили. Адмирал, человек прямой и честный, написал жалобу Николаю I на незаконные действия своего, как он полагал до этого, друга.

Царь пришёл в ярость. Воронцов расценил письмо как неслыханную дерзость. С бунтовщиками церемониться не стали — началась расправа. Семерых мастеровых и мещан расстреляли, многих сослали на каторгу. Николай I отдал чудовищный приказ: сыновей старше пяти лет всех участников бунта сдать в военные поселения, всех отставных нижних чинов с семьями и «всех баб и вдов, живущих по слободам», выслать из Севастополя, а «слободы выжечь до основания». Грейгу приказали разлучить семьи: всех женатых матросов выслать в Херсон, а их семьи — из Севастополя.

Адмирал попытался смягчить участь 1065 семейных матросов, сославшись на трудности с их переводом. Реакция царя оказалась ещё жёстче: он распорядился сослать их в Архангельск, разлучив с семьями, а детей отправить в военные поселения.

Грейг не мог предотвратить репрессии, но он хотя бы попытался.

Почему Грейг не простил Воронцова

После бунта началась травля адмирала. В 1833 году его освободили от должности главного командира Черноморского флота и отправили в Петербург — формально по состоянию здоровья, на самом деле в почётную ссылку в Государственный совет.

Воронцов, человек хитрый и политически гибкий, спустя годы попытался восстановить дружеские отношения. В архиве Грейга сохранилось письмо графа с просьбой простить его «за сотворённую в Севастополе подлость» — Воронцов признавал свою вину и был готов встать на колени.

Грейг не простил. Он не мог забыть расстрелянных, сосланных на каторгу, разлученных с семьями матросов. Для истории он оставил папку с документами, раскрывающими преступления царских чиновников в Севастополе. Человек, который мог бы уничтожить эти бумаги и спасти свою репутацию, сохранил их как свидетельство собственной совести.

Как севастопольский опыт помог Николаеву

Удивительно, но, пережив травлю и опалу, Грейг не ожесточился и продолжал делать своё дело. Кстати, вернувшись в Николаев, он принял образцовые меры по предотвращению чумы. Благодаря этим мерам, когда весь причерноморский юг был охвачен заразой, в Николаеве не возникло ни одного заболевания.

История чумного бунта — это история о том, как один человек, наделённый властью, отказался быть бездушной шестерёнкой государственной машины. Грейг мог бы сделать вид, что ничего не происходит. Мог бы поддержать Воронцова и царя. Мог бы уничтожить компрометирующие документы и мирно дослужить свой век в Петербурге. Но он выбрал другое — совесть.

В день 251-летия со дня его рождения адмирала стоит вспомнить: настоящий герой — не тот, кто беспрекословно выполняет приказы, а тот, кто в трудную минуту остаётся человеком.

Краткая биография адмирала Алексея Самуиловича Грейга

Алексей Самуилович Грейг родился 6 (17) сентября 1775 года в Кронштадте в семье знаменитого вице‑адмирала Самуила Карловича Грейга, героя Чесменского сражения. Самуил Грейг, шотландец по рождению, перешёл на российскую службу из английского флота.

За исключительные заслуги отца Екатерина II стала крёстной матерью младенца, а крестным отцом — граф Алексей Орлов‑Чесменский, в честь которого мальчика и назвали. Уже в октябре 1775 года вышел высочайший указ о пожаловании новорожденного мичманом — так Алексей Грейг начал свою морскую карьеру, ещё не сделав ни шага по палубе.

В 1785 году отец отправил десятилетнего сына в Англию — на флот передовой морской державы. Вернувшись в Россию, юный лейтенант в 1788 году получил боевое крещение на линейном корабле «Мстислав» в Гогландском сражении со шведами. После смерти отца в том же году императрица произвела его в капитан‑лейтенанты, а затем он вновь ушёл в Англию, где до 1796 года служил на кораблях Ост‑Индской компании, ходил в Китай и Индию, участвовал в схватках с французскими и испанскими судами.

Вернувшись в Россию, Грейг быстро продвигался по службе: командовал фрегатом и другими кораблями, отличился в Голландской экспедиции 1799 года. В 1805 году стал контр‑адмиралом, в 1813‑м — вице‑адмиралом. С 1816 по 1833 год он возглавлял Черноморский флот и занимал посты генерал‑губернатора Николаева и Севастополя. За это время он превратил Черноморский флот в мощную боевую силу, а в русско‑турецкую войну 1828–1829 годов лично водил эскадру в бой, за что был произведён в адмиралы и награждён орденами Св. Георгия 2‑й степени и Св. Владимира 1‑й степени.

В 1833 году — официальная причина «состояние здоровья» — был переведён в Петербург членом Государственного совета. Он активно участвовал в работе многих комиссий, возглавлял строительство Пулковской обсерватории и в 1843 году удостоился ордена Св. Андрея Первозванного. Скончался Алексей Самуилович 18 января 1845 года в Петербурге и был похоронен на Смоленском лютеранском кладбище.

Что Грейг сделал для Севастополя

• Ввёл службу точного времени (1819) — с полуденным выстрелом пушки с Константиновской батареи, по которому горожане сверяли часы.
• Добился открытия коммерческого порта (1820) — разрешил заход российским купеческим судам в Артиллерийскую бухту, что дало толчок торговле.
• Основал Морскую библиотеку (1822) — первую в городе, по инициативе лейтенанта Мелихова при поддержке адмирала.
• Заложил первый общественный парк (1824) — разбивка «общественного сада от Морского ведомства», ныне Приморский бульвар.
• Инициировал строительство храма в Херсонесе (1825) — на месте крещения князя Владимира, но проект не был реализован из‑за смерти Александра I.
• Укрепил город с суши — к концу 1826 года Севастополь стал считаться перворазрядной морской крепостью.
• Построил первый в Крыму водопровод (1826) — дал городу и флоту постоянную пресную воду вместо солоноватой колодезной.
• Открыл первую общедоступную аптеку (1827) — на улице Большой Морской.
• Создал первое гражданское училище (1827) — уездное училище для детей дворян, купцов и чиновников; в 1828 году приняло первых 37 учеников.
• Превратил Севастополь в крупнейший город Крыма (к 1827 году) — в нём насчитывалось около 2000 домов и примерно 42 тысячи жителей вместе с военными моряками.

С полной биографией адмирала Алексея Самуиловича Грейга можно ознакомиться в разделе ForPost «Лица Севастополя».

Статья подготовлена по материалам книги Юрия Крючкова «Алексей Самуилович Грейг», а также историческим публикациям о «чумном бунте» в Севастополе.

Автор выражает признательность за помощь в работе с материалами коллективу Морской библиотеки имени М.П. Лазарева.

Власта Ненашева

Фото автора