Как трагедия обесценивается через экран смартфона

Шокирующие событиями выходные позади. Но отголоски трагедии в «Крокусе» ещё долго будут гулко отзываться мыслью в сознании, что так не должно было быть.

Наверное, каждый, кто следил, как стремительно разворачивались события в концертном зале, где, как позже выяснилось, погиб и севастополец, буквально кожей ощущал себя непосредственным участником этого кошмара.

Такой своеобразный 5D-эффект достигался благодаря сотням фотографий и видео, которые практически ежесекундно разлетались по сети.

Полные жестокости кадры от очевидцев, участников, исполнителей, спасателей, правоохранителей… Они приковывали нас к экранам и беспощадно погружали в пучину событий. Распространяли боль, ужас, отчаяние, страх и злость.

С точки зрения СМИ, в такой скорости и объеме распространяемой информации есть свои плюсы. Это дает возможность каждый момент быть в курсе и оперативно реагировать на события.

Но есть и другая сторона медали – менее очевидная, но… имеющая право на существование.

Мы не умеем помогать…

История «Крокуса» в очередной раз показала, как меняется поведение людей в экстренных ситуациях с приходом высоких технологий.

При виде того, кто нуждается в помощи, окружающие не всегда стремятся как можно скорее эту помощь ему оказать – хотя она, возможно, спасла бы кому-то жизнь.

Сначала включается камера смартфона.

«Мы наступаем на те же самые грабли. Лежат раненые люди, которые ещё вполне перспективные "трехсотые", а между ними ходят люди с мобильными телефонами и снимают все это на камеру. Вместо того чтобы хотя бы наложить жгут и остановить кровотечение», – поделился наблюдениями специалист по спасению людей в экстренных ситуациях.

Чтобы спасти человека, иногда достаточно элементарных действий, которым учат ещё в школе, – повернуть его на бок, чтобы он не захлебнулся собственной рвотой, удержать от западания язык или остановить сильное кровотечение подручными средствами.

«Для этого ведь ничего не нужно, но люди элементарному учиться не хотят. Везде мы видим стандартную ситуацию. Например, в том же Донецке после прилета на рынок: лежит женщина в крови, кричит, просит помощи, а вокруг куча народа ходят с телефонами и снимают», – искренне возмутился собеседник.

За свою многолетнюю практику он не раз сталкивался с такой отстраненностью очевидцев. Одним из примеров собеседник вспомнил случай из практики.

На Фиоленте мужчина сорвался с небольшой высоты, но повредил обе ноги и не мог подняться.

Вместо того, чтобы помочь человеку, около десятка зевак снимали пострадавшего на камеры.

«В принципе к нему спуститься можно было, посмотреть, что с человеком, – там есть откос, тропа. Но никому даже в голову не пришло это сделать», – поделился печальным опытом спасатель.

Проблема современного общества, считает профессионал, в том, что два года идут военные действия, а люди в большинстве своем не имеют понятия, как действовать в экстренных ситуациях: навык оказания первой помощи отсутствует напрочь.

…и разучились сострадать

Если долго смотреть в бездну, бездна посмотрит в тебя, в связи с трагедией в «Крокусе» напоминает севастопольский писатель Платон Беседин. Опасность восприятия мира через камеру ещё и в том, что можно потерять способность сострадать.

«Современный человек всё воспринимает через экран, через камеру – любую трагедию. И так привыкает к ней. И так лишается эмпатии, возможности сострадать», – написал он.

С такого ракурса новости о происшествии уже воспринимаются не как оперативная информация. Это больше похоже на животную жажду крови, когда одно зло порождает ещё большее зло. Хоть и вызванное праведным гневом.

«Сегодня я видел именно это – как плодили зло, как несли ад. Продолжали расстреливать людей, горела крыша, а телеграм-каналы один за другим несли новости о трагедии. Они не просто сообщали – погибло 13, 15, 20, они с каким-то сатанинским упоением постили и репостили видео. Зверские видео – вроде "террористы расстреливают людей, оказавшихся в углу". Пользователи смотрели это и оставляли свои идиотические комментарии. Сострадали ли они? Или всё воспринималось точно как картинка?» – интересуется Платон Беседин.

Получается, что участниками этого процесса становится каждый, у кого есть смартфон и доступ в интернет.

По мнению Беседина, в этой оголтелой гонке за просмотрами и репостами изменилась и сама журналистика.  Теперь ее задача – напугать и ошарашить, потому что «страх, отвращение, смерть продаются лучше всего», констатирует он.

Добавим: и просматривается такой контент аудиторией, увы, тоже лучше всего.

«Смерть стала товаром, и это одна из причин, почему человеческая жизнь ничего не стоит. Вы можете обвинить меня в пустом философствовании, но я на сто процентов уверен в том, что одна из причин происходящего ада – то, что мы смотрим на мир через камеру, в том, что мы перестали видеть человека в другом человеке, в том, что обесценили человеческую жизнь», – уверен писатель.

Можно по-разному относиться к описанным выше мнениям и явлениям, соглашаться или спорить, приводить доводы разной степени убедительности, неизменно одно: мы все продолжаем смотреть на мир через камеру.

Полина Ласькова

Фото пресс-службы МЧС РФ и сгенерированные нейросетью fusionbrain.ai/