Губернатор позвал на защиту неба — где найти резерв?

Губернатор Глеб Никитин призвал нижегородцев вступать в мобилизационный резерв «БАРС НН» — нагрузка на систему безопасности области растёт из-за регулярных атак украинских БПЛА. На первый взгляд, механизм для таких случаев уже есть: законодатели уже разрешили привлекать граждан из мобилизационного резерва к защите важных объектов от дронов.

Почему же глава региона обращается к людям напрямую, если для таких задач предусмотрен подготовленный законом резерв? В ситуации разбирался ForPost.

Проблема привлечения резервистов есть?

Граждане, добровольно вступившие в резерв, отвечают за безопасность региона и выполняют задачи строго в пределах Нижегородской области, написал Глеб Никитин в своём канале на платформе «Макс». Приоритет при наборе, по его словам, отдаётся людям с боевым опытом.

Напомним, в прошлом году в федеральное законодательство были внесены поправки, позволяющие использовать резервистов в мирное время для отдельных задач по защите объектов. Речь идёт о россиянах, которые проходили службу или учились на военной кафедре, а затем согласились быть включёнными в мобилизационный резерв.

Одну из возможных причин сложности практического применения этого механизма глава РСПП Александр Шохин озвучил на встрече с президентом Владимиром Путиным 26 мая. По его словам, резервисты нередко оказываются «сегодня в одном месте, завтра — в другом» и едва успевают принять объект, как появляются новые задачи. Такая ротация, считает Шохин, мешает оперативно прикрывать важные предприятия.

Меры ответственности для резервистов

Ещё один сдерживающий фактор — вопрос ответственности: люди могут опасаться последствий применения оружия против беспилотников, считает член экспертного совета Общероссийской организации «Офицеры России», заслуженный пилот РФ Юрий Сытник. Если что-то пойдёт не так, не до конца понятно, кто и в каком порядке будет отвечать, уточнил собеседник ForPost.

Отметим, что меры ответственности регулируются законами «Об обороне», «О воинской обязанности и военной службе», а также Уголовным и Гражданским кодексами РФ. Проблема, по словам Сытника, в другом — в отсутствии специального, понятного порядка в случае побочных последствий при отражении атаки БПЛА.

Вариант решения этой проблемы есть: достаточно разграничить умысел и последствия выполнения боевой задачи, считает председатель президиума Астраханского регионального отделения организации «Офицеры России», кавалер ордена Мужества Анатолий Салин.

Гражданин, который в рамках своих полномочий защищает объект и страну, не должен нести уголовную ответственность в случае, если сбитый им дрон врезался в жилой дом или промышленный объект, подчеркнул кадровый офицер в беседе с ForPost: злого умысла в действиях резервиста не было, следовательно, он не обязан отвечать за последствия.

Тонкости заключения контракта

Опасения некоторых защитников связаны с самим контрактом: они готовы охранять объекты, отправиться на специальные сборы, но при этом их тревожит, что круг обязанностей может расшириться в соответствии с потребностями Минобороны РФ, добавил Сытник.

«Граждане оценивают не только патриотический мотив, но и возможные последствия для своей жизни», — пояснил он.

Эти опасения, по словам Салина, возникли не на пустом месте: после начала СВО некоторые военнослужащие, подписавшие контракты на ограниченный срок, не смогли уволиться в запас. Он привёл пример: военный музыкант, служивший в Каспийской флотилии, после годового контракта был направлен на дополнительную подготовку для отправки на СВО.

Юридически спорить с этим сложно, так как Минобороны РФ действует в рамках президентского указа о частичной мобилизации, согласно которому контракты продолжают действовать до окончания соответствующего периода, кроме установленных исключений.

В добровольческих формированиях, БАРСах и подобных структурах контракт может заключаться на шесть месяцев или год и после завершения срока прекращает действие. Но, по словам Салина, граждан настораживает сама связь таких формирований с военным ведомством: люди беспокоятся, что в особых условиях не смогут вернуться домой в ожидаемый срок из-за условий, прописанных в указе.

Да, Никитин гарантирует службу участников резерва «БАРС НН» в пределах Нижегородской области. Однако при серьёзной угрозе окончательные решения принимает федеральный центр. Значит, стопроцентные гарантии использования подразделений только для местных задач губернаторы дать не могут, подчеркнул наш собеседник.

Зачем нужны отряды теробороны?

Один из вариантов решения возникшей проблемы — развитие отрядов территориальной региональной обороны, уверен Салин. Он напомнил ситуацию в Дагестане конца 1990-х годов, когда вторжению боевиков Шамиля Басаева противостояли не только федеральные силы, но и местные отряды самообороны, и люди защищали свои дома не по формальному приказу, а по внутренней необходимости.

«В отряды ТРО можно набирать людей без ограничений. К примеру, мужчин до 70 лет, женщин до 65 лет. Годных, здоровых. И они не будут являться военнослужащими. Один из вариантов набора граждан — это как раз комплектование через такие формирования», — считает кадровый офицер.

Но для такого решения, по его мнению, нужно уточнить правовую базу. Согласно указам президента 756 и 757 от 19 октября 2022 года, определён перечень регионов, считающихся прифронтовыми. Вместе с тем ряд территорий, которые не входят в этот перечень, регулярно подвергаются атакам дронов.

Главам таких регионов, считает Салин, стоит обратиться к Верховному главнокомандующему с ходатайством о пересмотре подходов к защите этих субъектов федерации. Без такого решения губернаторы не могут самостоятельно создавать отряды теробороны и иные вооружённые подразделения.

Ещё одно препятствие — боязнь чиновников расширять доступ граждан к оружию, добавил Юрий Сытник. Поэтому региональные власти чаще делают ставку на контрактную систему, где контроль над действиями людей остаётся у государства, а не на территориальную оборону.

Как решить проблему с защитой неба?

Прежде всего нельзя замалчивать эту проблему, уверен Анатолий Салин.

«Никитин честно сказал: давайте вступайте в резервисты. Он признал, что существует проблема, и позвал людей сам, — подчеркнул он. — Жму руку Никитину за то, что он так честно сказал: приходите, есть проблема. Это очень мудро. А затыкание ртов — это не лучший выход».

Параллельно нужно решить ещё три проблемы, которые выделили наши собеседники: материальное обеспечение резервистов и порядок выплат, понятная правовая защита, а также открытая позиция региональных властей. Без этих условий, считают кадровые офицеры, механизм привлечения подготовленных граждан для защиты неба будет работать с перебоями.

При этом не стоит забывать об ещё одном важном нюансе. Президент РФ Владимир Путин ранее призывал региональные власти активнее использовать опыт ветеранов боевых действий для обеспечения безопасности на местах, напомнил Анатолий Салин. В условиях продолжающихся атак и диверсий, по его словам, отмахиваться от знаний людей, прошедших войну, было бы неправильно: таких специалистов стоит шире привлекать к работе в резерве и подразделениях территориальной обороны.

В общем, дело за малым — эти предложения с бумаги перенести в плоскость принятия конкретных решений. Никитин сделал первый шаг для решения проблем, связанных с защитой нижегородского неба. Кто следующий?

Роберт Вочовский